Платон Беседин: Брань на школоте не виснет? (29.10.2018)

В Татарстане родители школьников возмущены и забрасывают инстанции письмами: в рассказе, который был предложен десятиклассникам для разбора на олимпиаде, нашли мат. Речь идет о «Скрипке Страдивари» Алексея Слаповского — короткий и не слишком связный текст посвящен, разумеется, музыке. В произведении есть выражения вроде «козлище вонючее» (встречаются слова и позабористее, цитировать не будем).
Ярость родителей вызвало и творение Юрия Буйды с размышлением о превращении бабушки в дедушку (физиологические подробности опустим).
Фраза «и такое подсунули детям», которая разносится теперь отовсюду, отдает ханжеством. Старшеклассники знают слова куда более грубые, мату они учатся не на рассказах современных авторов. Вопрос в том, зачем усугублять. Мало им подзаборных выражений в интернете, что ли?

Казалось бы, именно русская литература может и должна прививать иные ценности, создавая альтернативу установившемуся диктату кабака и пошлости. Иначе зачем она вообще нужна?

«Это просто неудачный выбор», — так прокомментировали включение рассказа Слаповского в список заданий организаторы олимпиады. Но разве не в том и состоит их работа, чтобы устанавливать такие фильтры, которые помогали бы делать правильный выбор? Понятно, началась и успешно продолжается погоня за модой, нетрудно углядеть желание взрослых быть ближе к школьникам, но, к сожалению, обучение и воспитание не работает так, нельзя подластиться к новому поколению — об этом много говорила советская педагогика.

Но, защищая Слаповского, аргументируя возможность матерщины в тексте, сторонники современной вседозволенности и пропагандисты «близости к молодежи» совершают принципиальную, но знаковую подмену. Об этом, а вовсе не о морали стоит сегодня говорить.

Декларируется буквально следующее: такая, мол, у нас литература, ну никак без грубости, это ведь эпоха постмодернизма. Однако современная русская словесность, которую можно и нужно изучать школьникам, к счастью, существует и без всех этих якобы «модных» кунштюков. Более того, сомнительна и актуальность бранного высказывания. Ставить знак равенства между матом и постмодерном нельзя, это просто безграмотно. Много ли мата и извращений в текстах Эко? И не уравновешена ли маскулинная грубость прозы Буковски ее внутренним лиризмом?

Нет у нас писателей, говорите? Это ведь неправда. Совсем недавно, например, умер Олег Павлов, замечательный русский прозаик, продолжатель классической традиции. Кто вспомнил о нем? Даже в СМИ сообщения появились лишь через сутки, а то и двое после его смерти. Как отреагировало литературное сообщество на его уход? Молчанием или скромными ремарками.

А ведь Павлов — не единственный. Есть, скажем, Дмитрий Данилов, тонкий и точный рассказчик, умеющий видеть в окружающей действительности не грязь и пошлость, но прекрасное, подчас недоступное, его тексты идеально подходят не только для вдумчивого чтения, но и для разбора школьниками. Оба они — и ушедший Павлов, и живой Данилов — современны. В их произведениях говорится о важных проблемах, которые волнуют каждого: о месте человека в мире, о милосердии и достоинстве, но вместе с тем и о быте, о частностях, о многообразии жизни.

Не надо обманывать нас, что иной литературы не существует. Она есть. Другой вопрос, кто и каким образом попадает в списки авторов, кочующих от премии к премии, из методички в методичку. Читатель берет очередную «лучшую книгу года», «национальный бестселлер» — и думает: что мне подсунули? Это вообще ни в какие ворота! То смутные эротические фантазии, то разговор о психических отклонениях, то тягучие и томительные воспоминания о том, как душно жилось в Советском Союзе, то просто игра слов ради самой игры. Конечно, на этом фоне и Александра Маринина покажется мастером, она хотя бы сюжет держит — как честный, знающий свою силу ремесленник, не претендующий на звание «властителя дум».

Однако и этого участникам литературного процесса мало. Они лезут в школьную программу, но на выходе — казус, как со старым козлищем, потому что, выражаясь прямо, источник русской литературы отравлен вторичностью и конъюнктурой. И тем, кто еще пытается припасть к нему, так и хочется посоветовать: «Не пей — козленочком станешь».
29.10.2018

Платон Беседин
Источник: http://portal-kultura.ru




Обсуждение статьи



Ваше имя:
Ваша почта:
Комментарий:
Введите символы: *
captcha
Обновить

Вверх
Полная версия сайта
Мобильная версия сайта