Павел Кухмиров (Раста): Демократия в осаде (10.09.2020)

Первая волна глобальной пандемии сошла на нет. На смену ей подкатывает вторая. Очевидно, что после всего этого мировое устройство уже не будет прежним. А каким оно будет? Многие сейчас пытаются это понять, в том числе и на Западе.
С точки зрения многих представителей «цивилизованного мира» уже к началу пандемии система «западной демократии» подошла, мягко говоря, не в лучшей форме. Да и в целом глобальное мироустройство в его нынешнем виде сталкивается с целым набором вызовов: от изменений климата, до откровенно агонизирующего капитализма. Что вызывает стремительный рост социального и политического неравенства, и это особенно очевидно в «демократических странах». Например, в США, где это сейчас происходит быстрее, чем где-либо еще в мире. Не говоря уже о странах, которым повезло ещё меньше: Сирия, Ирак, Ливия, Афганистан, Сомали и Конго. Где вмешательства Запада, особенно США, неизменно приводили к ещё более катастрофическим результатам. Всё это ещё сдабривалось многолетним экономическим кризисом, по сути не прекращающимся с самой «великой рецессии» 2008 года.  Именно эта «картина маслом» и была в итоге накрыта теми самыми волнами пандемии.

В целом глобальное мироустройство в его нынешнем виде сталкивается с целым набором вызовов: от изменений климата, до откровенно агонизирующего капитализма.

В этой ситуации западная демократия всё больше занимает оборонительную позицию. Недавнее международное исследование, проведённое европейскими структурами, показало, что в 60 из 137 исследованных стран демократия западного образца была «подорвана», либо «ослаблена» за последние 10 лет. На смену «либералам» и «прогрессистам» там приходили автократы и потенциальные автократы (в их списке, помимо прочего, Путин, Трамп, Болсонару и Эрдоган), которые зачастую пользуются там одобрением населения в большей или меньшей степени. Несмотря на явную вписанность данных деятелей в западную модель, они, тем не менее, и в самом деле ярко иллюстрируют тот самый кризис западной либеральной демократии. Впрочем, помимо персональных раздражителей для демократического Запада существуют ещё и системные.

Китай как удачная альтернатива?

В то же время всё больше и больше людей на глобальном юге обращают внимание на Китай. Связано это со многими причинами и помимо нынешнего кризиса. Например, у многих в мире создается отнюдь не такое уж необоснованное впечатление, что западные демократии озабочены только собственной выгодой и мало что могут предложить всему остальному человечеству. Что активно подтверждалось ими же самими даже по отношении друг к другу во время эпидемии в Европе. Напротив, Китай представляется многим успешной моделью развития. Профессор Чжан Вэйвэй, самый известный теоретик китайской модели, считает, что «американская модель» (модель развития Запада) потерпела неудачу, и ссылается на катастрофические события во многих африканских государствах, в Центральной Америке, на Ближнем Востоке, шедших по этому пути.

Что этому может противопоставить или возразить ЕС? Почти ничего. Тем более, что подтверждений у слов китайского профессора более чем достаточно. К примеру, в 2011 году после 56 лет правления «Партии единства» в Тунисе произошла «демократическая революция». То же произошло и в Египте. То же — в Ливии. Результат известен. И обусловлен он был, помимо всего прочего, ещё и самой западной демократической моделью, которую попытались имплантировать на неаутентичную почву. Что явно показало действительный уровень её универсальности.

У многих в мире создается отнюдь не такое уж необоснованное впечатление, что западные демократии озабочены только собственной выгодой и мало что могут предложить всему остальному человечеству.

Кроме того, та ситуация сделала очевидным лицемерие самого ЕС, который, заявляя, что несёт «демократические ценности», на деле в очередной раз продемонстрировал, что готов «конструктивно сотрудничать» с кем угодно: хоть с авторитарными правителями, хоть с «молодыми демократами», хоть с пришедшими им на смену откровенными людоедами и террористами. В итоге даже многие европейские интеллектуалы сделали вывод, что «демократия больше не приносит дивидендов». И как изменить данную ситуацию в Европе никто даже не представляет.

Так что, с одной стороны, существуют экономические и геополитические интересы, а с другой — «необходимость инициативы по укреплению демократии». И как «демократическому Западу» совмещать одно с другим, всё менее понятно. Тем не менее, поскольку США в значительной степени потеряли мировое доверие, а Китай «недемократичен», то многие демократы в мире по-прежнему обращают свои взоры на ЕС.

Единая Европа как утопия

В своей книге «Европейская мечта» Джереми Рифкин впервые развил идею о том, что объединенная Европа может стать моделью для будущего развития мира — для сближения народов. Мотивирует это утверждение он тем, что Евросоюз не завоевал Европу, а стал результатом «добровольного объединения народов». То, чего ни император Август, ни Карл Великий, ни Карл V, ни Наполеон, ни Гитлер не достигли во всех своих войнах и сражениях, ЕС достиг мирным путём.

Что, по мнению автора, делает эту исторически новую структуру такой привлекательной? Он называет «стабильные демократические условия, мир, процветание и свободу передвижения». По его словам, именно народы всегда побуждали свои правительства вступать в ЕС. Это относится к грекам, испанцам и португальцам, а также позже к «враждебным народам Балкан и бывших государств Восточного блока в Центральной Европе». Довольно спорное и неоднозначное утверждение, особенно с учётом последних войн на тех же Балканах и мутных историй с референдумами о вступлении в еврозону. Впрочем, здесь мы имеем дело с неким «европейским мифом», родственным американской мифологеме «града на холме», так что оценивать его с точки зрения истории и здравого смысла не всегда уместно. Примерно, как произведения Томаса Мора и Томмазо Кампанеллы.

Сейчас всё более очевидно, что ЕС не годится на роль утопии. Объединённая Европа ещё до последних событий была в кризисе из-за Brexit, когда одно из основных государств Старого Света решило уйти из «европейского рая», хлопнув дверью. И сочетание пандемии с кризисом несолидарной долговой политики усилило подобные тенденции многократно.

Тем более, что сейчас всё более очевидно, что ЕС не годится на роль утопии. Объединённая Европа ещё до последних событий была в кризисе из-за Brexit, когда одно из основных государств Старого Света решило уйти из «европейского рая», хлопнув дверью. И сочетание пандемии с кризисом несолидарной долговой политики усилило подобные тенденции многократно. Теперь даже горячие сторонники ЕС говорят о вопиющей необходимости его реформирования. Главная их мысль: объединённой Европе, глубоко травмированной после пандемии, наконец-то нужна «демократическая конституция». То есть нечто, способное сделать её более похожей на настоящее государство, а не всё ещё весьма внутренне аморфное объединение.

Но Европа в частности и «демократический Запад» вообще не существуют в безвоздушном пространстве. И на их положении не может не сказаться подрыв мировых позиций либеральной демократии и либеральной экономики. Возникает вопрос: что может сделать осаждённый «демократический мир» для укрепления этих формационных моделей?

План Маршалла для мира

Альберт Гор, вице-президент США времён Клинтона и один из активных деятелей кампании Джо Байдена, выступил с идеей «Плана Маршалла для Земли»: глобальной инициативой для бедных стран Африки, Азии и Латинской Америки. Правда, каким образом реализовать эту светлую идею он не уточнил. Впрочем, дискуссию это всё же открыло. Широко известный в узких кругах африканский историк и философ Ахилле Мбембе сделал встречное предложение: начать ведущим странам некий «Новый курс на демократию и экономический прогресс». По его мнению, это должно быть предметом переговоров между африканскими государствами и европейскими державами, чтобы в очередной раз преодолеть очередные «шрамы колониализма». Невооружённым глазом заметно, насколько подобная риторика уже не нова и вторична. Впрочем, альтернатив ей не сказать, чтоб было очень много — в стане мировой либеральной демократии наблюдается явный кризис идей.

В том же ЕС высказываются схожие мысли о создании некой «ассоциации за демократию и развитие». Это было бы международное сообщество по типу бывшего Европейского сообщества (ЕС) — протообразования, предшествовавшего самому Евросоюзу. Данная нечёткая структура в мире после эпидемии могла бы объединять государства, в которых «гарантированы демократические стандарты, такие как справедливые, демократические выборы, соблюдение прав человека, независимые суды, разделение властей и свободная пресса». Иными словами, таким образом предлагается создать некий международный институт, который бы хотя бы относительно гарантировал дальнейшее отсутствие сокращения коллектива либеральных демократий.

И в качестве «пряника» здесь данная ассоциация должна была бы предложить своим членам средства для софинансирования ряда маркерных отраслей: т. н. «энергетического перехода», определённых образовательных учреждений, лесовосстановления, переработки мусора, экологического транспорта и других инфраструктурных проектов, догматически важных в рамках нынешнего либерального глобализма. Помимо этого, предполагается, что данная ассоциация должна предложить всем своим членам открыть рынок сельскохозяйственной продукции из бедных стран и сделать привилегированные предложения по их импорту.

Международное сообщество с либеральными правилами

Разумеется, членство в такой ассоциации накладывало бы на участников целый ряд обязательств по сохранению либеральных стандартов во внутренней политике. И если член ассоциации больше не соответствует подобным требованиям, то могло бы быть возможно приостановление оного членства по решению чего-то, напоминающего верховный суд. Авторы подобных инициатив практически не скрывают того, что, говоря о подобном, они подразумевают происходящее ныне с Венгрией и Польшей. Нынешнее молчаливое консервативное восстание в странах Восточной Европы вполне может перекинуться на Европу Центральную и даже Западную и, разумеется, они очень хотели бы исключить такую возможность.

Авторы подобных идей предполагают, что такое объединение могло бы стимулировать все государства к созданию «демократических структур». В частности, по их мнению, это может стать мощным инструментом давления на местные элиты, дабы они «не смели подрывать демократию», и в качестве бонуса за это им будет предлагаться некое экономическое развитие. По сути, это чем-то напоминает деятельность структур г-на Сороса, только в более крупном масштабе.

Однако подобные наполеоновские «планы Маршалла» даже теоретически могут быть успешным только в том случае, если они будут пониматься не как очередное благотворительное мероприятие для третьих стран, а как проект, который отвечал бы очень общим интересам как Европы, так и других государств-участников за её пределами. Что подразумевает экономические отношения, которые будут успешны, когда от них выигрывают все. Но подобное означало бы куда больший тектонический сдвиг в системе международных отношениях, чем подразумевается нынешними демократическим мечтателями. Вплоть до создания более справедливого мироустройства в целом. А это вопрос, далеко выходящий за рамки «сохранения либеральной демократии». В противном же случае все подобные инициативы просто не имели бы смысла. Станет ли делать нечто подобное Западный мир, придавленный последствиями кризиса? Я сильно в этом сомневаюсь.

А значит он и дальше будет оставаться в тупике — идейном и политическом. И западная демократия по-прежнему будет оставаться в осаде. На сколько её ещё хватит — это хороший вопрос.

Источник
 
/ Мнение автора может не совпадать с позицией редакции /
10.09.2020

Кухмиров (Раста) Павел






Обсуждение статьи



Ваше имя:
Ваша почта:
Комментарий:
Введите символы: *
captcha
Обновить

Вверх
Полная версия сайта
Мобильная версия сайта