Владимир Семенко: Генералы раскола (18.11.2018)

«Украинская автокефалия» – не смена юрисдикции, а путь к предательству самой веры.
В многочисленных дискуссиях на тему так называемой украинской автокефалии, заполонивших ныне информационное пространство, присутствует ряд характерных аберраций, выдающих существенное непонимание происходящего весьма многими, претендующими на роль аналитиков. Первое заблуждение заключается в какой-то необъяснимой для нас стойкой уверенности, что позиции главных операторов процесса – очень слабые, и их дело заведомо обречено на неудачу. Логика железная: раз объективная правда на стороне тех, кто никакой автокефалии не хочет, раз противников ее среди украинских иерархов и народа, вопреки пропаганде с «той» стороны, заведомо больше, то проект непременно провалится. Опровергать этот оптимизм совершенно бессмысленно, поскольку он основан на принципиальном непонимании того, что, собственно, происходит. «Украинский» гонор и зацикленность некоторых на идее независимости от России используются здесь внешними силами для достижения совершенно других целей.

Происходящее сегодня вокруг данной темы – типичный пример постмодернистской политики, одна из главных черт которой – преобладание превращенных форм. Превращенная форма отличается тем, что она фундаментально противоречит своему содержанию. В данном случае ключевое понятие – так называемая «назалэжность». Во имя этой «священной» для украинских националистов цели свергли законного президента Януковича, во имя нее произвели на Украине антиконституционный переворот, нарушив добрый десяток статей собственной конституции; во имя нее, родимой, убили «небесную сотню» и тысячи людей на Донбассе (вялотекущая война там еще идет), во имя нее же порождают новую смуту (на самом деле «управляемый хаос») в православной Церкви. Станет ли кто-то из вменяемых наблюдателей утверждать, что современная Украина укрепляет свою независимость? Понятно, что нет. Иностранцы сидят в украинском правительстве; корыстные и погрязшие в компромате украинские олигархи и политики зависят от внешних сил больше, чем когда-либо. Внутренне единство трех разнородных составляющих современной Украины – центральной, коренной Украины, западных областей и Новороссии не крепнет, а, напротив, ослабляется; при этом распад государства сдерживается по преимуществу лишь внешней политической волей. От реальной целостности и независимости, от сплочения гражданской нации современная Украина уходит все дальше; противоречия внутри обостряются. Но «незалэжный» гонор (никак не можем удержаться от использования этого польского по происхождению словечка) проявляет себя все сильнее. Вполне очевидно, что антироссийская истерия (свойственная, между прочим, и лоббистам украинской «незалэжности» в Российской Федерации) – есть лишь способ управления процессом, не имеющим с реальной независимостью Украины ничего общего!

Абсолютно то же самое наблюдаем в церковной и околоцерковной сфере. Даже если чисто условно встать на позиции сторонников автокефалии на Украине, то придется признать: за разговорами об автокефалии как-то теряется главное (точнее, то, что должно бы, по идее, быть главным для ее апологетов): сегодня Украинская Церковь отстоит от реальной, канонической автокефалии дальше, чем до начала современного этапа в данном процессе! Если бы те, кто управляет процессом, реально хотели получить законную автокефалию, которая впоследствии могла бы быть признана другим поместными православными Церквами, то они опирались бы на таких, как известный 
митрополит УПЦ Софроний, который выступает за канонический путь получения автокефалии с решающим участием Москвы. Эта опора основывалась бы на понимании того, что широкая автономия сегодняшней УПЦ, по сути, ничем не отличается от автокефалии. (Отличие лишь в том, что каноническая Украинская Церковь получает от Патриарха Московского святое миро, необходимое для богослужебных таинств, и кандидатуру блаженнейшего митрополита Киевского и всея Украины, избираемого собором самой УПЦ, формально утверждает московский Синод). Вместо этого внешними операторами на игровое поле украинской церковной политики запущен Фанар, и нет абсолютно никаких признаков того, что автокефалия УПЦ является реальной целью этого последнего. Кроме того, нам опять-таки уже приходилось указывать, что церковная автокефалия – это то, что сопровождает парад суверенитетов, а глобалистика, в которую сегодня встроен Фанар и которая является доминирующим политическим проектом в современном мире, в перспективе как раз предусматривает уничтожение суверенитетов и стирание национальных границ. Постмодернистскую политику, основанную на игре превращенными формами, ошибочно пытаться трактовать при помощи традиционной, классической логики. А что есть идея автокефалии, встроенная в глобалистический проект, как не превращенная форма!

Как мы помним, решение Константинопольского синода, поправшее все мыслимые каноны Церкви ничуть не хуже, чем майданный переворот – конституцию Украины, включало «прощение» раскольников и учреждение «ставропигии» самого Фанара на украинской территории. Ни про какую автокефалию в нем ничего не говорилось. Оно и понятно: каноническая УПЦ ничего такого не просила, а ту структуру, коей эту «автокефалию» планируют «даровать», еще только предстоит создать на т.н. «объединительном соборе», который, по имеющимся сведениям, планируется на 21 – 22 ноября. Как справедливо отмечают комментаторы, впервые в истории Церкви автокефалию не дают тому, кто ее просит, а просто навязывают извне. Причем те, кто не имеет к данной канонической территории никакого отношения. Для того, чтобы оправдать такое вмешательство, осуществляется другое действие, также типично постмодернистское по своему содержанию: фактически отменяется решение, принятое 300 лет назад, как якобы незаконное. Попытка отменить, переиграть историю, которая уже состоялась, случилась в реальности – если это не постмодернизм, то я точно папа Римский. И опять: многие всерьез пытаются бороться с этим при помощи классической логики, доказывая, что на самом деле то решение было вполне законным, ведя заведомо проигрышную, оборонительную игру в то время, как противник решительно наступает. Мы все еще выстраиваем крепостной вал, а против нас уже вовсю применяют крылатые ракеты и отравляющие газы!

Для того, чтобы понять, насколько в принципе не применима здесь классическая логика, насколько далек идущий процесс от знакомой нам из церковной истории ситуации дарования канонической автокефалии, стоит внимательно приглядеться к 
биографиям «генералов раскола» (а не его пешек), то есть т.н. «экзархов», которые посланы на Украину своим командованием (виноват, руководством), для того чтобы, так сказать, этот процесс курировать.

Эти двое – архиепископ Памфилийский, епископ так называемой западной епархии УПЦ в США Даниил (Владимир Олегович Зелинский) и епископ Эдмонтонский Иларион, он же Роман Николаевич Рудник (Канада).

Первый из них, Даниил (Зелинский), родился в Ивано-Франковске в 1972 году. В 1993 г. поступил в местную униатскую семинарию.

Как известно, униаты – это никакие не православные, а католики восточного обряда. Это бывшие православные, которые в свое время в целом сохранили свой обряд, но подчинились папе. За ними тянется вполне определенный шлейф, исторический бэкграунд, неотделимый не только от собственно бандеровского движения, но и от многовекового стремления объединенного Запада (Ватикан является здесь лишь его представителем, так сказать, передовым отрядом) подчинить себе православный Восток. Таким образом, религиозные предпочтения самого Зелинского начинают в этом контексте звучать особенно знаково!

В 1996 для продолжения образования уехал в США, где учился в Католическом университете Америки, а также в 
Dominican House of Studies в Вашингтоне. За это время он был рукоположен в сан диакона. Этот самый Dominican House of Studies готовит кадры для католического ордена доминиканцев, чья «специализация» в системе католических орденов –богословие, вероучение, а также изучение разных наук, миссия и борьба с «ересями». Доминиканцы сыграли весьма важную роль в истории инквизиции. На Украине доминиканские монастыри существовали в XIII—XVIII веках, на западно-украинских землях — до 1939 года. Значение ордена в истории Ватикана станет совсем ясно, если мы перечислим лишь некоторых из его знаменитых членов. Это, в частности, главный католический теолог Фома Аквинский, знаменитый инквизитор Торквемада, не менее знаменитая визионерша Екатерина Сиенская, а также, по сути, ставший врагом христианства Джордано Бруно и хрестоматийно известный утопист Томазо Кампанелла. Наконец, к ордену доминиканцев принадлежит предшественник Франциска на папском престоле Бенедикт XVI.

В 2000 году диакон Владимир был принят в УПЦ в США (квазицерковная группировка, основанная в 1919 г. украинскими эмигрантами-националистами) и поступил в Украинскую духовную семинарию Святой Софии в Саут-Баунд-Бруке, штат Нью-Джерси.

В 2001 г. рукоположен во иерея, в 2002 пострижен в монашество с именем Даниил. (Никаких вопросов к его, по сути, папистскому богословскому образованию со специфическим миссионерско-инквизиторским уклоном у постригавших и рукополагавших его «православных» иерархов, естественно, не возникло).

В 2006 году, как следует из его биографических материалов в источниках упомянутой западной епархии УПЦ, он был назначен капелланом армии США с присвоением офицерского звания.

В 2008 г. он уже епископ и в октябре на XVIII Соборе Украинской православной церкви в США был избран главой ее Западной епархии. А с 2013 г наш герой занимает уже важнейшую должность президента консистории УПЦ в США.

Таким образом, перед нами совершенно особый, так сказать, «спецкадр», очевидным образом связанный как с Ватиканом (случайных людей в элитные учебные заведения и исследовательские структуры Доминиканского ордена не берут), так и с американскими спецслужбами.

В одном из интервью американскому журналисту Зелинский в своё время заявил буквально следующее: «Я рассматриваю гомосексуализм как способ жизни, люди делают тот или иной выбор — жить этим способом жизни». Это вообще без комментариев.

Соратник Даниила по расколу – Иларион (Рудник) имеет не менее характерную биографию.

После сдачи вступительных экзаменов был зачислен на 2-й курс Киевской духовной семинарии, которую и окончил в 1992 году. Интересно, что какие-либо открытые биографические материалы о нем, полученные из независимых источников, за период 1994-1996 гг. отсутствуют. По официальной версии, с благословения патриарха Варфоломея (что характерно) он был направлен для учебы на богословском факультете в Университет Аристотеля в Салониках, который и окончил в 1997 году.

Тогда же был пострижен в монашество с именем Иларион, и рукоположен во иеродиакона, а в 2000 году – в иеромонаха. Магистр канонического права, тема диссертации «Каноническая связь Киевской митрополии со Вселенской Патриархией до 1240 года».

В 2001 году прослушал курс английского языка в университете штата Иллинойс в Чикаго.

21 марта 2004 года возведён в сан архимандрита.

11 января 2005 года избран епископом-помощником митрополита Испании и Португалии Епифания (Периаласа), с титулом «епископ Телмисский». Архиерейская хиротония состоялась 29 января 2005 года в Стамбуле.

9 июня 2005 года, находясь в Турции, где был переводчиком во время встречи патриарха Варфоломея с президентом Украины Виктором Ющенко, был задержан турецкой полицией. Молодого епископа обвинили в том, что он путешествует по поддельным документам и является «чеченским повстанцем». По некоторым данным, речь в данном случае может идти о контактах с украинскими боевиками УНА-УНСО (запрещена в РФ), которые в своё время принимали активное участие в конфликте на территории Чечни, воюя против российских федеральных сил. Однако вскоре «спецепископ» был освобождён после вмешательства консула Украины и посла Португалии в Анкаре.

Митрополит Иоанн (Стинка), первоиерарх Украинской православной церкви в Канаде (откололась от УПЦ в Америке) попросил патриарха Варфоломея I и Синод Константинопольского Патриархата отпустить епископа Илариона в УПЦ в Канаде, куда он и прибыл в 2007 году. В августе 2008 года Чрезвычайный собор УПЦК избрал его своим епископом.

21 октября 2008 года он стал епископом Эдмонтона и Западной епархии. 26 октября 2008 года состоялась его интронизация.

После всего вышеизложенного с весьма высокой вероятностью можно предположить, что оба «экзарха», ныне от имени патриарха Варфоломея направленные на Украину – в действительности «специерархи», на профессиональном жаргоне называемые «подкрышниками». «Подкрышник» – это тот, кто, обладая необходимым образованием и профессиональными навыками в какой-то сфере (будь то дипломатия, журналистика, церковная иерархия или что-то еще), делает карьеру в данной профессиональной области и при этом имеет не косвенные связи со спецслужбами, как обычный агент, а просто является их штатным сотрудником. Параллельная карьера, так сказать.

А теперь зададимся простым риторическим вопросом: могут ли у кого-либо из серьезных аналитиков возникнуть какие-нибудь сомнения в том, что квазицерковная «автокефальная» структура, которую планируется создать на «объединительном соборе» в 20-х числах ноября, будет обладать куда меньшей самостоятельностью и независимостью от закулисных внешних сил, чем нынешняя каноническая УПЦ – от Москвы? Кроме того, в контексте приведенных выше сведений, совершенно ясно, что данное квазицерковное образование, будучи возглавленным кем-то из представителей Фанара, предназначено отнюдь не только для того, чтобы окончательно оторвать УПЦ от Церкви-Матери. Следующая, главная цель – это постепенный увод украинских православных в унию, для чего такая кандидатура, как, например, выпускник американского католического университета и ученик доминиканцев Даниил (Зелинский) подходит идеально.

Но дело не ограничивается и этим.

Некоторые задаются вопросом: почему, собственно, митр. Онуфрий и другие иерархи канонической Украинской Церкви так сопротивляются идее автокефалии, заведомо отдавая ее на откуп внешним силам? Ведь стоило им дружно, в полном единстве захотеть, так сказать, возглавить процесс и самим обратиться за автокефалией, предварительно оговорив все условия с Порошенко и Варфоломеем, как их позиции стали бы очень сильными, по сути – ведущими во всем процессе, и всем стала бы ясна сугубо вторичная и маргинальная роль раскольников – Филарета и Макария (Малетича)! Думается, что помимо очевидного нежелания попасть в зависимость от внешних сил, здесь (пусть во многом и на интуитивном уровне) присутствует понимание того, что речь на самом деле идет отнюдь не о формальной смене юрисдикции или канонического статуса, а (в перспективе) – об отказе от Православия, от самой веры. Это и есть главное содержание всего процесса, если рассматривать его уже не только как политический, но и с собственно религиозной точки зрения.

Сказанное выше – отнюдь не полемическое преувеличение. По нашему мнению, абсолютно проигрышной является позиция Синода РПЦ и разного рода церковных чиновников, которые, в связи с приходом Фанара на Украину, говорят только о канонических нарушениях, никак не затрагивая догматической стороны вопроса.

Между тем 
наиболее прозорливые наблюдатели именно с этой стороны видят главную угрозу. В частности, именно так был поставлен вопрос в Итоговом документе круглого стола «Церковная и политическая ситуация вокруг Украины. Ереси и отступления Фанара», прошедшем в редакции журнала «Москва» 12 октября 2018 г. Не намереваясь излишне напрягать читателя чисто богословскими тонкостями, укажем на главное.

Фанар на протяжении последних десятилетий не просто погряз в «экуменизме без берегов», проявляя «дипломатическую» беспринципность, но подводит под эту свою политику соответствующую богословскую базу. Сюда относится в первую очередь т.н. «сотериологический агностицизм», когда, как формулирует 
современный богослов, «вопреки евангельскому свидетельству, с церковных амвонов объявляется, что якобы Церковь не знает о загробной участи язычников, богоборцев, иноверных и всех не принадлежащих к Церкви Христовой людей». Здесь же следует упомянуть и т.н. «“евхаристическую экклезиологию” – постмодернистскую доктрину, где истинность веры ставится в зависимость от человеческих «диалогов любви» и беззаконных “сослужений” с еретиками». Иными словами, богословы Фанара недопустимо размывают границы Церкви, что обессмысливает само пребывание в ее спасительной ограде. В основе лежит так называемый «апокатастасис» (учение о всеобщем спасении, осужденное Вселенскими соборами). Что лишь подтверждает известную истину о том, что любая новая ересь есть в конечном счете лишь перелицовка старых. «Апокатастасис» тесно связан со лжеучением о «единстве» человеческого рода в Новом Адаме  Иисусе Христе. (Якобы Христос «самим фактом своего воплощения принял в Свое Тело весь человеческий род»). Данная концепция отрицает необходимость жертвы Христовой для спасения, тщится ниспровергнуть непреложное учение Писания и Предания о том, что часть человечества в Царство Божие не войдет, а значит, к «единству во Христе» никакого отношения иметь не будет, как и сейчас к этому единству не относятся не верующие во Христа.

По мнению ряда богословов, данное лжеучение имеет внехристианское происхождение. В свете вышеизложенного совсем не удивительно фанарское «сотрудничество на протяжении всего XX века с антихристианскими силами – масонами, Ватиканом, западными глобалистами», а также т.н. «“снятие анафем” с папистов в 1964 г., вопреки соборному осуждению Православной Церковью ересей католицизма, и демонстративное “общение” с нераскаявшимися еретиками». Все это вполне закономерно привело Фанар к сегодняшнему вхождению в евхаристическое общение с анафематствованными раскольниками на Украине.

Итак, вместе с «генералами Фанара» на каноническую территорию нашей Церкви приходит в конечном счете вовсе не другая поместная Церковь. (Какая разница, говорят конформисты, они ведь такие же православные). В ходе того процесса, который называют «автокефализацией» Украины, самую пассионарную, самую, пожалуй, религиозно накаленную часть восточнославянского православного мира будут усиленно заражать экуменическим ядом и уводить вообще за пределы исторического христианства, вовлекать в глобалистический мультирелигиозный свальный грех.

Дело идет о сохранении самой веры, а не о смене канонического статуса.

Почему же священноначалие РПЦ ведет себя в этом вопросе столь пассивно? Понятно, почему: те влиятельные люди в аппарате синодальных отделов, которые готовят решения, по духу и внутренним убеждениям мало чем отличаются от фанариотов. Они вместе с ними годами заседали на многочисленных экуменических сборищах, вместе с ними готовили т.н. Критский собор, писали его еретические документы. «Непоездка» туда случилась не по их воле. Некоторые из них очень жалели, что участие нашей Церкви в Критском сидении не состоялось. Их роль, говоря мягко, более чем двусмысленна даже и до сих пор, когда столь необходимые радикальные решения, которые могли бы сделать наше противостояние Фанару гораздо эффективнее, откровенно тормозятся. Поэтому если патриарх Кирилл не хочет войти в историю как патриарх-неудачник, который проиграл Украину, ему следует как можно скорее начать кардинальную чистку либерально-экуменических кадров в собственной институции, а затем (или одновременно с этим) инициировать соборное осуждение ересей Фанара.
18.11.2018

Владимир Семенко
Источник: http://zavtra.ru/blogs/generali_raskola




Обсуждение статьи



Ваше имя:
Ваша почта:
Комментарий:
Введите символы: *
captcha
Обновить

Вверх
Полная версия сайта
Мобильная версия сайта