Дмитрий Дробницкий: Хилари ушла и обещала не возвращаться (США) (12.03.2019)

Значительная часть общественной истории Запада
в последние десятилетия — это история замены
того, что работает, на то, что кажется хорошим
(Томас Соуэлл)

5 марта 2019 года в эксклюзивном интервью нью-йоркскому телеканалу News 12 Хиллари Клинтон заявила, что не будет баллотироваться на пост президента США в электоральном сезоне 2019-20 гг. Она также исключила для себя возможность участия в губернаторских или сенатских выборах. И хотя это не было сказано явно, президентская гонка 2023-24 гг., судя по всему, тоже не входит в ее планы.
Подобного рода заявления давно все ожидали. Но не то чтобы от него многое зависело. За два года президентства Трампа Хиллари превратилась из влиятельнейшего лидера Демократической партии и самого узнаваемого политика США в обычного пенсионера. Политические оперативники, спонсоры и лоббисты все еще поглядывают в сторону бывшего вице-президента Джо Байдена (а вдруг старик решит поучаствовать в выборах?).

Проигравшему Хиллари на праймериз Берни Сандерсу (тоже не юноше) за первую же неделю его кампании упало на счет 10 млн. долларов. А вот г-жу Клинтон как будто игнорируют. Ее книга «Что случилось?» [1] , посвященная проигранным ею выборам 2016 года, не стала бестселлером. Общенациональный тур автора с презентацией ее труда провалился. Издательство Simon & Schuster едва-едва отбило затраты на производство и продвижение печатного «шедевра».

Вообще-то лучше бы Хиллари и вовсе не писала этой книги. Стремясь доказать, что проигрыш на выборах стал результатом стечения несчастливых обстоятельств, Клинтон обвиняет в своем поражении всех — главу ФБР, Сандерса, СМИ, Обаму и т.д. Но только не себя. Что ж, тот, кто не виноват в собственной неудаче, тот не может ничего исправить, чтобы добиться успеха. Конец истории.

Между тем в 2015-16 гг. на бывшую первую леди работали все либеральные медиа, весь аппарат Демпартии (затирая старика Сандерса), практически все политические спонсоры страны. Хиллари и поддерживающие ее супер-ПЭКи потратили на кампанию более 2 млрд. долларов. Это абсолютный рекорд. Обыгравший ее Дональд Трамп выложил в ходе гонки почти в шесть раз меньше.

Эксперты и медиа называли г-жу Клинтон «неизбежным победителем». Победу Трампа считали «математически невозможной». Постоянно говорили о «синей стене» Среднего Запада, которую не сможет преодолеть не то что несистемный Дональд, но даже самый искушенный республиканец. И все случилось с точностью до наоборот.

С конца 1990-х Хиллари старалась не делать ничего, что не принесло бы гарантированный результат. Но ее жажда власти, алчность и, что важнее всего, самоуверенность раз разом приводили к катастрофическим сбоям. И все же она держалась «в обойме», будучи убежденной в том, что ей «положено» одно из самых почетных мест в элите Соединенных Штатах. Стало быть, и президентство ей тоже «положено».

Оглядываясь сегодня на события 2000-х и первой половины 2010-х, просто диву даешься, насколько слепо ей поверил вашингтонский истеблишмент, который она уверенно тянула на дно. Тянула еще тогда, когда была восходящей звездой, олицетворяющей собой, как казалось, будущее партии и страны.

Вокруг ее мужа-президента вовсю бушевал моникагейт, когда она увидела для себя возможность начать собственное восхождение на властный олимп. Осенью 1998 года сенатор-ветеран от штата Нью-Йорк Пат Мойнихэн решил закончить свою политическую карьеру. Об открывшейся вакансии нью-йоркские политики сразу же сообщили первой леди. Возглавил «группу поддержки» член Палаты Представителей Чарльз Рэнджель.

Изначально предполагалось, что конкуренцию кандидату-демократу составит популярный в народе мэр Руди Джулиани. Но вездесущий Рэнджель уже знал, что у мэра проблемы со здоровьем (он потом лечился от рака простаты). Так что в 2000-м Хиллари противостоял мало известный вне своего избирательного округа конгрессмен Рик Лацио. Руководил предвыборным штабом новоиспеченного демократического политика Билл де Блазио, который позже стал мэром Нью-Йорка.

Клинтон была типичным «десантным кандидатом» (их в США еще называют саквояжниками). То есть кандидатом, который появился в округе или штате непосредственно перед выборами. Чтобы соблюсти формальности, первая пара приобрела в престижном местечке Чаппакуа имение стоимостью 1.7 млн. долларов. Позже в Вашингтоне семья купила квартиру за 2.8 млн. долларов.

И это несмотря на то, что Клинтоны были в долгах, как в шелках. Их общая задолженность составляла не менее 10.5 млн., причем лично за Хиллари числилось $2.28 млн. долга. Чета «ушла в минус» из-за скандалов, спровоцированных Биллом. На адвокатов и компенсации обиженным женщинам были потрачены огромные суммы. Немалые деньги Клинтоны выложили и за элитное образование дочери Челси. Тем не менее, для «нужных людей» с готовностью открыли дополнительные кредитные линии сразу несколько банков.

В 2001 году, сразу после окончания второго срока Билла был учрежден Фонд Клинтонов [2]. Деньги в него потекли рекой. Да и лично Клинтоны стали прилично зарабатывать. За лекции Билла уже тогда платили сотни тысяч долларов. В 2001-02 гг. его доход составлял не менее 9 млн. долларов в год. Однако полностью расплатиться со всеми долгами Клинтоны смогли лишь в 2004 году. Но настоящее «эльдорадо» было впереди. Гонорары обоих супругов резко подскочили, когда в 2007-м Хиллари объявила о своем желании баллотироваться в президенты.

И тут произошла первая в ее политической карьере осечка. Молодой сенатор первого срока Барак Обама переиграл ее на праймериз. Поначалу ничто не предвещало беды. Хиллари лидировала в рейтингах. И хотя ее тогда не называли «неизбежным победителем», до начала праймериз казалось, что вся элита на стороне Клинтонов, так что «выскочка» быстро «сдуется». Но не тут-то было! За сенатором из Иллинойса тоже стояли «серьезные люди». Не то чтобы они считали Обаму оптимальным выбором.

Просто Клинтоны уже достаточно обрели уверенности в себе, чтобы стать потенциально неуправляемыми. И вскоре у той части истеблишмента, которая не испытывала особой радости от перспективы президентства Хиллари, появился шанс поставить ей подножку.

В начале 2008 года возник спор о «пострасовом обществе» и «расовой ориентированности» избирательной кампании Обамы. Билл, Хиллари и некоторые другие спикеры штаба Клинтон допустили ряд высказываний, которые в 1990-е и начале 2000-х восприняли вполне спокойно. Более того, в них была определенная логика. Барак Обама, будучи первым чернокожим кандидатом в президенты, много говорил о расовой несправедливости и «десятилетиях расового неравенства».

Клинтоны и их соратники, как им тогда казалось, логично возражали, что постановки и даже решения этих вопросов недостаточно для процветания всех американцев. Но бывшая первая пара не учла, что на дворе был 2008 год. Десять лет назад еще никто не обвинял человека в расизме только за то, что он сомневался в необходимости решать лишь вопросы чернокожих американцев (а также латиносов, мусульман, геев и т.д.) в ущерб интересам всех граждан. Глядя из 2019-го, впору изумиться, какой «большой и славный путь» проделали Соединенные Штаты за десять с небольшим лет.

Но и тогда нашлись политтехнологи, которые умудрились намекнуть на расизм Клинтонов. Началась поляризация партийного актива и избирателей-демократов. Подавляющее большинство чернокожих американцев стали поддерживать «своего».

Еще одной ошибкой штаба Хиллари стала недооценка месседжа Обамы «Норе & Change». Будучи в сенатором от Нью-Йорка, она голосовала за вторжение в Ирак, а ее соперник (который попал в высшую палату Конгресса лишь в 2005-м) обещал закончить войны на Ближнем Востоке. Он вдохновенно рассказывал о будущем мире без ядерного оружия, победе над болезнями и достойном социальном обеспечении американцев. Как показали выборы 2016 года, Клинтон и восемь лет спустя до конца не поняла, что миром правят идеи.

Она пыталась сдвигаться влево, открещивалась от некоторых программ мужа и даже публично раскаивалась в некоторых своих прошлых высказываниях и действиях. Но ей постепенно переставали верить. К тому же, примерно в это же время «всплыли» первые нелицеприятные факты о лекциях Билла и Хиллари, а также об их фонде. Фонд «снизил обороты», а так называемый «слепой траст» Клинтонов пришлось и вовсе закрыть.

Возможно, она бы все-таки справилась с Обамой, который и сам в то время был крайне неопытным аппаратным бойцом и публичным оратором. Но именно тут сказалась ее патологическая самоуверенность. Вся кампания Клинтон была спланирована как политический блицкриг. Супервторник [3] в тот год был ранним. Он пришелся на 5 февраля.

Хиллари рассчитывала, что праймериз-кампания будет завершена в Супервторник ее убедительной победой. Все финансовые ресурсы (а их приток неизменно скудел по мере роста популярности ее соперника) были брошены на борьбу до начала февраля. И когда Супервторник закончился вничью (с небольшим перевесом Обамы), штаб Клинтон ни организационно, ни финансово оказался не готов к дальнейшей борьбе.

А штаб Обамы продолжал наращивать темп. Никаких проблем с финансами он не испытывал. Спонсоры становились все более щедры к молодому сенатору. Кроме того, вовсю задействовался интернет-фандрайзинг. Считается, что идея была подсмотрена у кандидата-республиканца Рона Пола (сама схема была придумана в 2007-м его сыном Рэндом, ныне сенатором от штата Кентукки). Но штаб Обамы придал сбору малых предвыборных пожертвований через интернет доселе невиданный размах. Хиллари не сдавалась. Она все еще считала, что победа ей «положена» и начала занимать деньги у финансовых учреждений, фирм и различных НКО. 13 млн. долларов она ссудила своему штабу лично (эти деньги позже пришлось списать в безвозвратные потери семейного бюджета).

3 июня 2008 года праймериз завершились. Игра была сыграна практически вничью. За обоих кандидатов проголосовало примерно по 17 млн. избирателей-демократов. Это был очередной рекорд. Тем не менее, Обама заручился поддержкой большего числа делегатов партийного съезда. Но перевес был небольшой [4]. Теоретически эти результаты можно было оспорить. В конце концов, всё должно было решиться именно на съезде.

Стоит напомнить, что в 2016-м и демократы, и республиканцы «вдруг» вспомнили о том, что внутрипартийная демократия — это совсем недавняя традиция, а вовсе не закон. Если бы так называемые суперделегаты [5] в 2008-м приняли решение в пользу Клинтон, то кандидатом в президенты она стала бы уже тогда. Но либеральные медиа все больше симпатизировали Обаме, так что подготовить почву для перехвата победы Клинтонов не смогли. Кроме того, продолжение борьбы потребовало бы новых заимствований…

Считается, что Хиллари предложили пост госсекретаря в начале 2009 года. Однако все договоренности между штабами двух кандидатов были достигнуты на полгода раньше. 7 июня 2008-го Клинтон, выступая перед своими сторонниками, призвала всех демократов голосовать за Барака Обаму. В августе на партконференции она выступила с пламенной речью в поддержку своего недавнего конкурента. Именно тогда из ее уст прозвучали слова, ставшие на несколько месяцев крылатыми: «Ни за что. Никак. Никакого Маккейна» [6] (кандидатом от республиканцев тогда стал Джон Маккейн).

Любопытно, что со сделкой Обамы и Клинтон согласились отнюдь не все. Так, лишь 30 суперделегатов, присягнувших Хиллари, согласились проголосовать за Обаму на конференции демократов. Недовольно было и нарождающееся левое крыло партии, которое тогда смог возглавить Джо Байден, пользуясь своим авторитетом личного друга «последнего из могикан» Эдварда Кеннеди. Тем не менее, решение было принято. Мадам Клинтон стала госсекретарем на четыре года (позже ее сменил ставленник Байдена Джон Керри), затем в 2012-м Клинтоны и все их соратники горячо поддержали Обаму в ходе перевыборов, а Обама (как теперь стало известно, вместе со всеми подчиненными ему спецслужбами) способствовал избранию Хиллари в 2016-м.

Вот только избрания не состоялось. Казалось бы, были учтены все предыдущие ошибки. Партийное руководство безропотно «легло» под Хиллари. Ее соперника по праймериз Берни Сандерса всячески притесняли. С партийным активом на местах тщательно «поработали». Денег было более чем достаточно. Медиа только и делали, что восхваляли Клинтон и критиковали ее конкурента Дональда Трампа. Победа была так близка… И уплыла из рук в самый последний момент.

В 2008-м бывшая первая пара снова оказалась на мели. Но благодаря договоренности о получении должности госсекретаря и «гарантированному» президентству через 8 лет семейное предприятие Клинтонов быстро наверстало упущенное. В начале 2013 года финансовые эксперты CNN провели анализ доходов и расходов семьи Клинтон и выяснили, что с 2001 по 2012 гг. Билл Клинтон заработал в общей сложности 106 млн. долларов (17 млн. только в 2012 году).

Общий же доход семьи за тот период составил 136.5 млн. Сколько денег прошло (и куда они в результате делись) через семейный фонд и ассоциированные НКО, подсчитать так никому и не удалось. Клинтоны, по сути дела, торговали политическим влиянием Соединенных Штатов. Эту коррупционную схему блистательно описал в своей книге «Деньги Клинтонов» [7] знаменитый журналист-расследователь Питер Швейцер.

К началу президентской кампании 2015-16 гг. Хиллари была не только «неизбежным» победителем выборов, и но самым ярким олицетворением продажного вашингтонского истеблишмента, от которого избиратель к тому времени изрядно подустал. Не добившись ни одной значимой победы в своей карьере, мадам Клинтон продолжала считать, что должность президента ей обязаны вручить благодарные спонсоры и федеральные бюрократы. Народ США в 2016-м решил иначе, и Хиллари снова проиграла. Пожалуй, никто так не хотел въехать в Белый Дом. И никого из «небожителей» так жестоко не обламывали раз за разом.

Хиллари уходит. И это не конец эпохи. Это списание в утиль. А еще это история одного очень большого и очень уязвленного эго.

Что ж, политика жестока. В предстоящие год и восемь месяцев нам предстоит наблюдать за очень жестокой борьбой сначала на демократических праймериз, затем на всеобщих выборах в США. Но участвовать в этой борьбе будут новые люди. От Хиллари (впрочем, как и от Байдена) требуется только одно — отойти в сторону. И даже книг больше не писать.

Американские социалисты и либералы-левоцентристы готовятся к схватке. В ближайшие недели должна решится судьба денежных средств, выделяемых на новую президентскую кампанию. Возможно, это и есть ответ на нелюбимый мной вопрос «Почему сейчас?». Значительная часть политических спонсоров и лоббистов стала своего рода обманутыми дольщиками семейного предприятия Клинтонов и поэтому могли вежливо попросить Хиллари заявить об окончательном уходе на пенсию. Чтобы больше не путать карты и не давать республиканцам повод ассоциировать кандидатов-демократов с самым известным политическим неудачником прошедшего десятилетия.

[1] Hillary Rodham Clinton, What Happened?, Simon & Schuster, 2017.


[2] Сначала НКО называлось «Фонд Уильяма Дж. Клинтона». В 2013-м название было изменено на «Фонд Билла, Хиллари и Челси Клинтонов». В 2015-м организация снова была переименована в «Фонд Клинтонов». К тому времени Клинтоны и их ближайшие друзья управляли уже несколькими НКО. Деятельность первоначального фонда была сведена к минимуму.


[3] Супервторником называют день, когда праймериз проводятся сразу в большом количестве штатов. Исторически сложилась практика проводить важные электоральные мероприятия именно во вторник. Так, президентские выборы и промежуточные выборы в Конгресс по конституции проводятся в первый вторник ноября. Традиция проводить массовые праймериз во вторник сложилась в США в конце XX века. В 2008-м Супервторник пришелся на 5 февраля. Для сравнения в 2016-м он состоялся 1 марта. Поскольку штаты самостоятельно решают, когда проводить партийное голосование, Супервторник является блуждающей датой, и его массовость тоже меняется от цикла к циклу. Ожидается, что в 2020-м праймериз в Супервторник состоятся в большем числе штатов, чем в 2016-м.


[4] По итогам праймериз Хиллари заручилась поддержкой 1640 «обязанных» (то есть имеющих мандат голосовать в соответствии с волеизъявлением избирателей-демократов) делегатов, Обама — 1763. Суперделегатов у Клинтон было 286, у Обамы — 395.


[5] Суперделегаты избираются центральным аппаратом Демпартии, а также местным партийным активом. Они не обязаны следовать волеизъявлению избирателей своего штата. И этим правом зачастую пользуются, что, в частности, проявилось в распределении суперделегатов между Клинтон и Сандерсом в 2016-м. К праймериз 2020 года демократы серьезно сократили полномочия суперделегатов. Теперь они обязаны голосовать за того кандидата, который получил большинство в том или ином штате. Более того, несогласные с решением избиратели суперделегаты могут быть дисквалифицированы при голосовании на партийной конференции. В Республиканской партии нет суперделегатов. Есть делегаты от центрального партийного аппарата. Их немного и роль их сводится в основном к поддержанию дисциплины внутри делегаций от штатов.


[6] Русский перевод, увы, не передает изящества слогана, написанного опытным спичрайтером: «No way. No how. No McCain».


[7] Peter Schweizer, Clinton Cash: The Untold Story of How and Why Foreign Governments and Businesses Helped Make Bill and Hillary Rich, Harper Collins, 2015.


Источник
12.03.2019

Дмитрий Дробницкий





Обсуждение статьи



Ваше имя:
Ваша почта:
Комментарий:
Введите символы: *
captcha
Обновить

Вверх
Полная версия сайта
Мобильная версия сайта