Нынешнее поколение этой прослойки общества почему-то называется политическим бомондом или, пуще того, элитой. Согласились с приятелем, что как «бомонд», так и «элиту» следует непременно брать в кавычки, так как, во-первых, эти понятия чисто условные и, во-вторых, люди, на полном серьезе причисляющие себя к лику этих «небожителей», на самом деле недалеко ушли от политических жуликов и той части «дерьмократов» в кроссовках, которые в начале 90-х «потным валом» нахлынули и захватили кабинеты по упомянутым выше адресам. И с тех пор безбедно там проживают, простите, работают, не покладая мозгов. Мозги, правда, в значительной степени трансформировались, как у той воблы из сказки Салтыкова-Щедрина М.Е., которую «поймали, вычистили внутренности (только молоки для приплоду оставили) и вывесили на веревочке на солнце: пускай провялится. Повисела вобла денек-другой, а на третий у ней кожа на брюхе сморщилась, и голова подсохла, и мозг, какой в голове был, выветрился, дряблый сделался». Мы согласились с приятелем с тем, что подобное же состояние мозгов наблюдается и у определенной части современных российских политиков, администраторов, топ-менеджеров, депутатов, правозащитников и т.д., т.е. у той части общества, которая горделиво причисляет себя к этому самому «бомонду»/«элите».

В этой связи мой приятель, усмехнувшись, поведал мне историю, случившуюся якобы с яркими представителями «бомонда»: Федотовым Михаилом Александровичем, Председателем Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека и нашим, с недавних пор, односельчанином Бобровым Евгением Александровичем. Оба заявляют о себе как юристы, правозащитники, просто люди, «приятные во всех отношениях» ( Н.В.Гоголь, «Мертвые души»). История невероятная и даже мистическая, поэтому заранее отрекаюсь от ответственности за все изложенное. Грубо говоря, «за что купил, за то и продаю», «люди ложь, и мы тожь»… Короче, не хотите – не читайте!

Жил-был в г. Жуковском Московской области хороший мальчик Женя, учился в школе, в 1998 году закончил местный авиационный техникум по специальности (почему-то) «правоведение». Похоже, с «младых ногтей» определился с выбором жизненного пути. С предназначением в нашем неспокойном мире тоже не тянул: рано понял или почувствовал?, что его призвание, а, говоря высоким слогом, - миссия на Земле, есть защита обиженных и обездоленных. Засим в 1999 году создал и возглавил Правозащитную организацию «Восход», одним из основных направлений деятельности которой стала «защита прав иностранцев». Не тех ли, которые по статистике МВД России совершают все больше и больше преступлений в нашей стране? Однако, начать свое дело, как известно, занятие хлопотное и, в какой-то мере, затратное. Но, тут самым счастливым образом «подвернулись» помощники и опытные наставники: неувядающая гражданка США Л.Алексеева с ее Московской Хельсинкской группой и А. Рогинский (российский правозащитник, имеющий, почему-то, несколько орденов «За заслуги перед Республикой Польша» и «За заслуги перед Федеративной Республикой Германия») с международной организацей «Мемориал». Не секрет, что деятельность этих НКО финансировалась иностранными фондами и правительствами, а цели их работы – воздействие на общественное мнение в России и влияние на политические процессы. Здесь сразу вспоминается еще один «хороший» знакомый селятинцев – Андрей Михайлович Ильницкий, руководитель Управления внутренней политики Московской области. Еще бы, ведь его «альма-матер», Московская школа политических исследований, и упомянутые «светочи демократии» имели общих спонсоров, например, Фонд Сороса. Наш же Евгений, ничтоже сумняшеся, сразу согласился на выгодное сотрудничество. При защите чуждых Родине интересов все еще молодой, а, потому, и полный сил юрист проявил недюжинные отвагу и героизм, за что и был увенчан лаврами лауреата Московской Хельсинкской группы «За мужество, проявленное в защите прав человека в 2011 г.». Конечно, Евгений был горд, но, наверное, что-то все же мучало его, какие-то ненужные, лишние мысли роились в голове: «А по совести ли я все это делаю, тех ли я защищаю?». По ночам не спалось. Но однажды…сон был глубоким, как омут, и в нем, этом сне, явилась ему вяленая вобла и говорит: «Знаешь, Женя, «бывают на свете лишние мысли, лишняя совесть, лишние чувства… я никогда, признаться, не завидовала тем, которые такими излишками обладали. Как это хорошо, - говорила вяленая вобла, - что со мной эту процедуру проделали! (провялили мозги). Все у меня лишнее выветрили, вычистили и вывялили, и буду я свою линию полегоньку да потихоньку вести!». Так и ты, милок Женя, не сомневайся, мол, действуй, как я: « Есть захотелось - ешь! Спать вздумалось – спи! Ходи, сиди, калякай! Будь счастлив – только и всего.»

-Хорошо, - сказал вобле Женя, - ты меня зело мудрыми советами выручила, теперь у меня сомнений нет, правильно я выполнял наказы наставников, заслуженно и награду получил. С этим понятно. А как бы мне половчее выполнить другой приказ, приструнить тут (в г.п.Селятино) кое-кого. А то, вишь, распустились совсем, что хотят, то и воротят: и жилье строят; и школы, детские сады открывают; и новые лесные посадки проводят; и Генплан поселка хотят утвердить… Прямо беда! А, главное, что возмутительно, - все на законной основе, все документы у них есть, не подступишься! А начальство требует! Что тут делать, подскажи, мудрая вобла!

Эх, - молвила вяленая вобла, - дурачок ты, Женя, молодой еще. Вот, ужо, провялит тебя жизнь, авось, поумнеешь: «Оттого я умна, что своевременно меня провялили… Главное, - твердила она Жене, - чтоб никто ничего не знал, никто ничего не подозревал, никто ничего не понимал, чтоб все ходили, как пьяные… На свете существует множество всяких слов, но самые опасные из них – это слова прямые, настоящие. Никогда не нужно настоящих слов говорить, - вразумляла вобла, - потому что из-за них изъяны выглядывают. А ты пустопорожнее слово возьми и начинай им кружить. И кружи, и кружи: и с одной стороны загляни, и с другой забеги: умей « к сожалению, сознаться» и в то же время не ослабеваючи уповай; сошлись на дух времени, но не упускай из вида и разнузданности страстей. Тогда изъяны (твои, Женя, изъяны!) стушуются сами собой, а останется одна воблушкина (твоя, Женя!) правда. Та вожделенная правда, которая помогает нынешний день прожить, а об завтрашнем – не загадывать.»

Проснулся Евгений Александрович воодушевленным и совсем без признаков той химеры, что большинство людей называют совестью. Освобожденный от сомнений, он бросился рьяно исполнять новый приказ. И ну, поливать в своем блоге «излюбленных» (излюбленные – это, по воблушке, выбранные на общественную должность; а по современному – члены Совета по правам человека при Президенте РФ, ред.) Администрацию г.п.Селятино и обвинять застройщиков во всех смертных грехах. А чтобы получилось «прямо и по-настоящему», подключил к делу нового руководителя – того самого М.А. Федотова, Председателя СПЧ, куда «путем интернет-голосования» выбрали (не те ли самые мигранты?) и Евгения. Как только не «кружил» наш односельчанин: тут и попытка «узаконить» без обсуждения с жителями в проекте Генплана застройку «в самых красивых местах лесных скверов, а заодно и на прилегающем к п.Селятино участке лесного фонда площадью 73 га»; тут и сдача в аренду скверов «вопреки протестам жителей»; тут и «задержание активистов, их привлечение к колоссальному штрафу и административному аресту»; тут и организация жалоб ветеранов (п.Селятино) в «СПЧ на жителя поселка – «члена Совета, который при осуществлении самозащиты прав односельчан осуществил попытку демонтажа неправомерно установленного забора», даже угрожал «прибегнуть к более радикальным формам протеста».
Изложенное в верхнем абзаце – перлы самого Евгения Боброва, несомненно требующие корректорской правки более менее грамотного человека. Однако это ничуть не смутило г-на Федотова, и он, не проверив факты, не выяснив, где же «слова прямые, настоящие» организовал письма со своей стороны в правоохранительные органы с требованием разобраться с негодяями по всей строгости законов.
Однако не будем излишне придирчивыми, а просто раскроем «тайну» из последнего навета «члена Совета, который при осуществлении самозащиты прав односельчан осуществил попытку демонтажа». Это сам Е.Бобров, занимавшийся, говоря юридическим языком, «умышленной порчей чужого имущества». И это должен хорошо понимать юрист Е.Бобров, если он таковым является 24 часа в сутки круглогодично, а не только 18 апреля 2013 года, в день написания статьи в своем блоге «излюбленных».

Далее скажем настоящие слова, от использования которых предостерегала Женю щедринская «воблушка». Первое: общественные слушания по проекту Генплана развития г.п.Селятино состоялись 22 сентября 2012 года. Ровно за месяц до слушаний он (проект Генплана) был размещен на официальном сайте Администрации г.п.Селятино. Любой может проверить, даже и не юрист! Второе: формулируя фразу «задержание активистов, их привлечение к колоссальному штрафу и административному аресту», юрист Е.Бобров любуется только пафосностью собственной формулировки , не более. Суть же в том, что Татьяна Павлова, лидер местных «оранжевых», была подвергнута штрафу в размере 500 (пятисот) рублей «за неповиновение законному распоряжению сотрудника полиции». Для перечисления и разоблачения всей «дичи и гили», изложенных в опусе Е.Боброва от 18.04.2013., нет ни места, ни желания, ни необходимости, ибо они видны даже невооруженным глазом. Отметим лишь, что заказной их характер ясно просматривается также без дополнительного увеличительного прибора. Значит, плохо усвоил Евгений уроки мудрой «воблушки».

Посмеялись мы с моим старым приятелем и над последним «пассажем» незадачливого юриста Жени, когда он вместе со «старшим товарищем» Михаилом Александровичем попытался с помощью советов «воблушки» организовать надлежащим образом публичную порку непокорных «высшим инстанциям» Администрации и одного из застройщиков г.п.Селятино. А как же? Приказ-то никто не отменял, и в Селятино, по-прежнему творятся хорошие дела.

Вот и задумали правозащитники совместить «приятное с полезным»: публичная порка зарвавшихся на специальном заседании Совета 23-го мая с.г. на тему «Гражданское участие в решении экологических проблем» могла бы еще и напомнить тому самому «гражданскому обществу» об их (правозащитников) существовании и «бурной деятельности». А надлежащим образом означало, в их понимании, – с использованием административного и общественного ресурса «совета излюбленных», то бишь Совета при Президенте РФ с участием, в частности, врио Губернатора Московской области, представителей прокуратуры, профильных министерств и ведомств, органов исполнительной, общественных организаций и СМИ, гражданских активистов, экспертов.

На протяжении нескольких дней, словно предвкушая «звездный час», Е.Бобров настойчиво пытался сообщить это известие приглашенным. Но вот незадача, что-то не сложилось у «развивателей» гражданского общества, и Евгений за день до знаменательного события был вынужден уже всем давать отбой – «по техническим причинам заседание переносится на поздний срок».

И все бы закончилось незаметно, но 29-го мая в селятинские адресаты фельдегерем было доставлено исполненное на бланке Совета и подписанное его Председателем г-ном Федотовым… официальное приглашение от 29-го мая! Но это еще не все: сотрудник «правительственной почты» принес два конверта. Так вот, во втором было письмо все того же М.А. Федотова, но только… об отмене заседания!

Вся эта возня наводит на мысль о том, что одним из организаторов предполагаемой «порки» является тот же самый Е.Бобров при поддержке г-на Федотова. И если кто-то думает, что деятелей, подобных нашим героям, могут объединять цели по защите гражданских прав российского населения, то они глубоко заблуждаются. Объединяет их одно – остановить экономическое и социально-политическое развитие России в целом, и развитие гражданского общества в частности. Иначе как объяснить, что свою квалификацию они повышали в организациях, признанных «иностранными агентами», что большая часть реализуемых и реализованных ими проектов финансировалась на деньги иностранных фондов и правительств. Им неймется, и их «сучение ножками» на этом поприще будет продолжаться до тех пор, пока зелененький ручеек с берегов могучего Потомака будет наполнять бассейны их подмосковных дач.