Константин Бабкин: Как поднять экономику и уровень жизни россиян (Россия: Экономика) (18.04.2019)

Не секрет, что в России много партий, и в большинстве своём это партии болтовни. Но в качестве приятного исключения есть в России и «Партия Дела». О задачах партии и программе конкретных действий Аргументы Недели расспросили ее руководителя Константина Бабкина.
- Ваша партия активно участвовала в митинге, прошедшем 17 марта на Суворовской площади в Москве под лозунгом «За Россию! Справедливость! Новый курс!». За какую Россию Вы выступаете, и что понимаете под справедливостью?

- Россия – важное слово в этом лозунге. Наши оппоненты – это люди, которые считают, что Россию нужно встроить в хвост западной цивилизации. Для них важен глобализм, мультикультурализм, общемировое экономическое развитие, а Россия – это что-то с темной историей, кровавыми тиранами, отсутствием культуры и т.д. Мы считаем, что Россия – прекрасная страна, и мы должны здесь жить и сделать так, чтобы жить было комфортно: чтобы молодые таланты были востребованы, чтобы можно было спокойно созидать. Как партия, мы выступаем за экономическое развитие. 

Россия деградирует: в том же Брянске спиваются люди, умирают поселки и города – это большая проблема, надо создавать условия для развития сельского хозяйства и промышленности. Что такое справедливость? Словом «справедливость» в этом лозунге мы показываем, что экономика, станки, тонны пшеницы и тысячи комбайнов важны не сами по себе, а как инструмент для построения более гармоничного, правильного общества.

- Соорганизаторами и активными участниками митинга были коммунистические силы левопопулистского толка, для которых понятие справедливости означает «отнять и поделить». Земля - крестьянам, фабрики – рабочим, а потом посчитали и прослезились. Как это сопоставимо с позицией вашей партии, представляющей интересы делового сообщества и позиционирующей себя более широко?

- Тут нет неразрешимого противоречия. Правда, я не называю себя левым и чувствую непонимание с теми людьми, которые себя таковыми считают, потому что они действительно говорят в основном о том, как что-либо поделить. Мы говорим: давайте нарастим пирог, нарастим его так, чтобы в этом процессе принимали участие все, кто захочет. Для этого у всех вне зависимости от социального происхождения должна быть возможность получения образования, возможность трудоустройства на престижную, достойную работу - это первое. Второе, - надо сделать так, чтобы блага от этого пирога достались не семьям олигархов, не членам Президиума РСПП, а были распределены справедливо. 

Государственная политика должна строиться так, чтобы не было слишком большой концентрации богатства в ограниченном количестве рук. Мы выступаем за равномерное распределение благ среди общества, но без уравниловки. Должны быть плавные линии, так называемый «колокол Гаусса», чтобы основная часть людей жила достойно, и не было слишком большого разрыва между богатыми и бедными. В этом смысле мы с коммунистами и левыми социалистами сходимся. Поэтому тут у нас непримиримых противоречий нет, они для нас союзники. 

Меня как человека и гражданина раздражает, что у нас слишком большое неравенство, которое еще углубляется из-за государственной политики. Например, у нас не прогрессивная шкала налогообложения, а регрессивная - богатые в процентах платят меньше налогов, чем бедные. Это и несправедливо, и плохо для экономики, так как создает напряжение в обществе. А в дальнейшей перспективе скажется и на богатых. 

Да, состав организаторов митинга пестрый, но я думаю, что это хорошо, ведь получился такой разноцветный ковер. Все мы выступаем за справедливость, за Россию, за новый курс. Мы устали от этого безвольного курса, который ведет страну к деградации, к сырьевой зависимости, к расслоению.

- Большинство членов правительства, которые олицетворяют либеральный блок, причисляют вас к лоббистам, поддерживающим «безудержный» протекционизм. По их мнению, такая политика может разбалансировать всю экономику. Что можете возразить на эти опасения, не приведет ли протекционизм к еще большим проблемам, к инфляции?

- Это тактика либералов, которые контролируют важнейшие высоты - Центробанк, Минфин, систему образования, Минэкономразвитие. Основные рычаги управления экономикой у людей, которые не видят в России больших перспектив, кроме как встраивание в хвост мировых производственных цепочек хотя бы на вторых ролях. Прямой дискуссии у нас с ними не получается, хотя их приглашали и в Торгово-промышленную палату, и на Московский экономический форум, и на партийные мероприятия, но они уклоняются от дискуссии. На свои мероприятия они нас выступать не приглашают. Их тактика состоит в том, что они отмахиваются от нашей позиции – мол, это протекционисты, это несерьезно. 

Да, мы – протекционисты, но мы не предлагаем безудержный слепой протекционизм, мы говорим, что протекционизм должен быть умным. Мы не должны «защищать своих любой ценой», нужно, чтобы вся внешнеторговая экономическая политика работала на построение равных условий конкуренции между производителями – российскими и зарубежными. 

Я возглавляю Совет по промышленному развитию и конкурентоспособности экономики России ТПП РФ, в ежегодном докладе об изменении этого показателя мы на основе комплексного анализа показываем, как изменились налоги, насколько увеличились расходы производителей на транспорт, на услуги ЖКХ, энергоносители. А также как изменились зарплаты, стоимость кредита; какие меры поддержки появились на внутреннем рынке, какие возникли затруднения на экспорте. Мы комплексно оцениваем условия работы в нашей стране и также сравниваем их с условиями в соседних странах, с которыми нашим производителям приходится конкурировать – Китаем, Германией, Америкой и другими. Выясняем, в каких условиях работают конкуренты. Если там поддержка больше, кредиты дешевле, налоги ниже, то мы должны защищать нашего производителя – поднять пошлины или выдать субсидию с тем, чтобы выровнять параметры конкуренции. Мне не предлагаем запретительные вещи, не предлагаем оградить страну глухим забором; это должны быть меры, основанные на научном анализе и на равенстве условий конкуренции. Этим либералам нечего возразить на наш подход, я не слышал разумной альтернативы. 

Мы вступили в ВТО, не изменяли пошлины, ограничивали поддержку сельского хозяйства, не глядя на равенство условий конкуренции. Когда наших переговорщиков попросили зарубежные коллеги, они сняли защитные меры. В ответ от наших западных партнеров мы ничего не получили, ни на йоту для наших производителей зарубежные рынки после вступления России в ВТО не приоткрылись. 

У либералов – не равенство условий конкуренции, а сдача российского рынка, открытие его для западных корпораций. У нас другой подход – не сдача, а выравнивание условий конкуренции, в этом разница. Иногда правительство нас слушает, после 2014-го года появились санкции, контрсанкции – начали защищать сельское хозяйство; появился утильсбор, появились меры поддержки сельхозмашиностроения – наметились сдвиги. За прошлый год производство полуприцепов выросло в 2 раза, сельхозмашиностроение за 4 года в 2 раза нарастили, увеличили экспорт. Эти успехи ощутимы даже после робкого применения тех мер, которые мы предлагаем. Впереди еще большой путь: налоги в России несправедливы и несравнимо более высокие, чем в других странах, кредитная ставка космическая. Но у нас есть большой потенциал по снижению стоимости ресурсов на внутреннем рынке. 

- В эти дни страна широко отметила 5-летие судьбоносного воссоединения Крыма и Севастополя с Россией. Сейчас ваша партия достаточно активно работает в этом регионе. Что вы считаете приоритетным для развития Крымского полуострова, какие там задачи стоят?

- Задачи стоят масштабные. Наша партия приветствовала присоединение Крыма, и нас печалит, что с Донбассом не поступили так же решительно. Поэтому там сейчас льется кровь, страдают люди. Мы рады, что в Крым идут инвестиции, реализуются проекты - мост, аэропорт, ТЭЦ. Проблема в том, что вместе с федеральными деньгами приходят инвесторы, которые привозят с собой подрядчиков, иностранную технику, рабочих со стороны – для реализации проектов. А жители Крыма не получают возможности реализовываться: новой работы для них не появляется, заработок остается на прежнем уровне – ведь все проекты делаются приезжими, они оттесняют крымчан с рынка. Также стоит проблема отъема земли, выросших после присоединения цен, поскольку российские налоги тяжелее украинских. В экономическом плане жители Крыма себя не чувствуют лучше, чем было раньше. Многие потеряли в Украине часть бизнеса.

Мы выступаем за то, чтобы дать крымчанам возможность созидать: опять поднять сельское хозяйство, развивать производство, курортный бизнес. Но для этого, опять же, нужны низкие налоги, дешевые кредиты, более мягкая бюрократия и элементы протекционизма. В принципе, то, что мы предлагаем для всей России, будем предлагать и для Крыма. Тем более что там сейчас более острая ситуация, так как люди могут сравнивать и ощущать удушающую тяжесть нашей бюрократии. Все это можно исправить. Первая эйфория уже прошла, и я надеюсь, наши идеи получат резонанс со стороны крымчан, Севастополя. Да, в Крыму все рады этим проектам, но хочется и самим что-то сделать, на чем-то заработать. Мы об этом будем говорить.

- Что касается сельского хозяйства, читатели задают нам три вопроса. Первый - о качестве отечественных продуктов, второй - об их цене, и, наконец, о том, когда же мы прекратим закупать израильскую редиску из пустыни, вместо того, чтобы выращивать нашу? Как Вы видите пути решения этих проблем – повышения качества продуктов, понижения ее цены, и сокращения импорта продуктов питания?

- Да, это правда, село у нас еще не расцвело. Какие тут меры? Во-первых, создание условий: низкие налоги, дешевые кредиты и протекционизм от израильской редиски. Это три кита, общие для всей экономики. Они дадут возможность нашему сельскому хозяйству вздохнуть. 

Также мы предлагаем не снижать цены на продовольствие, а идти другим путем – дать людям больше зарабатывать и меньше обращать внимания на цены на продовольствие, т.е. снизить процент от зарплаты, который тратится на еду. При этом цена на продовольствие должна быть справедливая, чтобы фермеры могли получать адекватные деньги за свой труд. 

Буханка, допустим, стоит на прилавке 100 рублей, но из них производитель получает около 10 рублей, все остальное – это перевозчики, банкиры, продавцы, налоговики, бюрократия и т.д. Наша задача – сделать так, чтобы эти 10 рублей крестьянина увеличились и стали 20-ю и более рублями, для этого нужен протекционизм. Государство понимает, что людей волнует стоимость продовольствия, и умножает требования к качеству продовольствия. При Советском Союзе был ГОСТ, согласно которому колбаса должна была состоять как минимум на 95% из мяса. Потом этот ГОСТ сделали необязательным, и сегодня нет требования – класть в колбасу мясо. Есть требования по жирам, углеводам, белкам, по добавкам, т.е. можно делать колбасу не из мяса.

- Это вегетарианцы писали.

- Смысл в том, что снизилось качество продовольствия. Это же относится и к молоку, и к сыру, который сегодня стоит дешевле, чем молоко, из которого он должен быть сделан. Это относится и к хлебу. При советской власти нельзя было использовать для производства хлеба пшеницу ниже, чем третьего класса, а сейчас можно печь из пятого. Раньше такая пшеница считалась кормовой и некачественной. 

Такая либерализация плоха в двух аспектах: во-первых, для здоровья, а во-вторых, это сужает рынок наших крестьян, лишает их работы. Если можно делать колбасу из импортной белковой массы, из пальмового масла, то зачем здесь в России выращивать свиней и коров? Если можно класть в хлеб кормовую пшеницу, то, соответственно, нужно меньше инвестировать в производство качественной пшеницы. А это сужает рынок для российских фермеров, лишает их работы, делает их бедными, и они даже не могут купить более дешевое и менее качественное продовольствие. Это превращается в проблему, которую в существующих подходах невозможно решить.

- Замкнутый круг получается.

- Да, мы предлагаем этот круг разорвать, защитив наш рынок, ужесточив стандарты, подняв цены на продукцию фермеров, но за счет более низких налогов, более дешевых кредитов, более низких цен на перевозки. Продукты не подорожают, возможно, даже подешевеют, но при этом экономика в целом у нас расцветет, народ станет более здоровым. Это комплексная задача, просто надо проявить волю и все получится.

- Все, что касается ГОСТов – это вечная тема. Еще одна тема, которая постоянно поднимается – это ГМО. С одной стороны, новые технологии повышают эффективность и качество продукции, а с другой стороны, у многих начинается паранойя, что скоро с огурцами и помидорами можно будет разговаривать. Каково Ваше отношение: опасны ли эти продукты, насколько перспективны методы генной инженерии в России? 

- Я сторонник тех, кто выступает против ГМО. Во-первых, пока не понятно, как эти продукты повлияют на здоровье людей, а я не хочу экспериментировать. Во-вторых, это плохо для экономики. Считаю, что не надо искать выход из сложной экономической ситуации в удешевлении, в понижении качества продуктов. Нужно дать людям возможность изготавливать качественные продукты на традиционной основе. Это будет нашим преимуществом в конкуренции на мировом рынке, особенно перед китайским рынком. Китай, не стесняясь, льет удобрения в производство своего продовольствия, использует ГМО, хотя при этом китайцы с большим удовольствием покупают продовольствие из тех стран, где ГМО запрещено. Например, российская пшеница, соя, молоко – это пользуется в Китае очень высокой репутацией и покупается по более высоким ценам. Традиционное продовольствие стоит дороже, чем ГМО-продукция. Этим надо пользоваться и зарабатывать деньги, заботясь о здоровье нации.

- Ваша партия называется «Партия Дела» и существует не первый год. По определению, члены этой партии должны быть активными и деятельными людьми. Занимает ли кто-то из членов вашей партии посты в регионах, и каких им успехов удалось добиться, если есть такие примеры?

- Наша партия находится сейчас под прессом – нас отнесли в категорию несистемной оппозиции. Поэтому всем региональным управлениям внутренней политики рекомендовано применять к нам жесткие меры подавления, ненасильственные, но достаточно тяжелые. За последние три года списки нашей партии снимали с выборов в Костроме, на Сахалине, на Алтае, в Забайкалье. Посмотрим, что будет в Севастополе, где мы собираемся выставляться. 

Там перед 23 февраля нам запретили провести мероприятие в городе – поздравить ветеранов. Была запланирована торжественная часть, потом спектакль на военную тему «Небесный тихоход». Все было согласовано, и вдруг за день говорят, что торжественная часть отменяется, спектакль переносится, потому что «вы за месяц не согласовали заявку». Мы обещаем, что про политику не будем говорить: просто ветераны выйдут, и адмиралы поздравят. «Нет, это тоже нельзя». 

У нас есть депутат Законодательного Собрания Забайкалья, на Сахалине, депутаты муниципального уровня в Приморье, Забайкалье, на Сахалине, в Адыгее, Горном Алтае и в других регионах. Депутаты есть, но все пока не массово, к сожалению, потому что к нам такое тяжелое отношение. Это следствие того, что от дискуссии с нами уклоняются, - она не комфортна, не выгодна, поэтому они стараются подавить нас и избежать этой дискуссии. Это печалит, но не останавливает. Да, прямых наших депутатов мало, но сторонников наших идей все больше, они есть и на самом верху. Слова, которые впервые говорила наша партия, упоминает и Президент. Про сельское хозяйство вообще никогда не говорили, а сейчас это - локомотив. Мы считаем, что в этом изменении отношений, политики определенно есть наша заслуга. 

- «Партия Дела» может поднять экономику нашей страны, дали бы возможность системно к этому подойти. У Вас есть команда профессионалов, причем, практиков, и я так понимаю, что Вы видите свою задачу, чтобы во власть пришли люди, которые уже зарекомендовали себя и имеют опыт в экономическом регулировании. Как Вы считаете, в ближайшей перспективе такое возможно?

- Это зависит от нашего главного руководителя. Великие политики совершали поворот в своей карьере, делали какие-то серьезные поступки, изменяли политику. У Ленина был военный коммунизм, НЭП, эмиграции и возвращения. Были у Сталина, у Черчилля – он был и либералом, и консерватором. Мы надеемся, что наш Президент сможет совершить такой серьезный поступок и изменить политику, перестать безотчетно доверять своему окружению, этим «мальчикам гайдаровцам» и либералам. 

Понятно, что Путин вырос среди питерских либералов: Греф, Кудрин – это его друзья в юности или начале карьеры. Но если он хочет стать великим политиком и таким войти в историю страны, то он должен поменять свое окружение, ответственное за экономические вопросы. Это может случиться и на следующей неделе, а может и через 10 лет. Так или иначе, этот вектор изменится, и мы видим огромный потенциал нашей страны, его реализацию остановить нельзя. 

Но чтобы реализация этого потенциала началась, как партия и общественная сила мы должны поспособствовать и ускорить этот процесс. Для этого надо убеждать людей, готовить почву. Конечно, кадровый резерв в основном составлен из людей, близких к производству. За 30 лет политики, которая направлена на подавление производства, они сумели как-то сохранить производство, и эти люди понимают в экономике гораздо лучше, чем Чубайс, Кудрин, Орешкин. Это гораздо более грамотные экономисты, чем те, которые сегодня носят такие высокие экономические звания. Поэтому, я думаю, что эти изменения произойдут и победа будет за нами.

Источник: http://argumenti.ru/economics/2019/04/609551
18.04.2019

Бабкин Константин






Обсуждение статьи



Ваше имя:
Ваша почта:
Комментарий:
Введите символы: *
captcha
Обновить

Вверх
Полная версия сайта
Мобильная версия сайта