Эмиль Певцов: Китайская культура в Лондоне: два метода дипломатии "мягкой силы" (07.03.2018)

Лондон – место встречи геополитических интересов. В столице Англии встречается и Китайская мягкая сила, и ее противоположность. Присутствие разных мировоззрений легче всего заметить во время празднования китайского нового года. Десятки концертов, событий и демонстраций посвящены этой важной дате. Хотелось бы прокомментировать два концерта, прошедших недавно в Лондоне. По своему содержанию они выражают столкновения цивилизаций и идеологий.

Первый концерт – представление традиционной китайской музыки от Шанхайского филармонического оркестра. Второй концерт – танцевальная группа из США, которая называет свое представление настоящими классическими китайскими танцами. В данных концертах важно не то, что жанры разные, наибольшее значение имеет то, как и какую культурно-идеологическую составляющую они подали, и на какую аудиторию они расчитаны. Далее, их сравнение и пример выявляет три тенденции в народной дипломатии демонстрации культуры, которое стоит учесть для будущих российских инициатив.

Новогодний концерт Шанхайского Филармонического Оркестра

Главные детали


Концерт проходил седьмого Февраля в Барбикан Холл (Barbican Hall), это достаточно значимый театр с вместимостью до двух тысяч человек, но расположенный не совсем в центре. Шанхайский оркестр ежегодно проводит турне по разным странам запада с заявленной целью просвещать западного слушателя в традиционной китайской музыке. В этом году после гастролей в Лондоне оркестр поехал в Париж, Брюссель и в другие главные города Европейского Союза. После новогоднего турне Шанхайский оркестр посетит столицы Центральной Азии с концертами в честь Нового Шелкового Пути.  Концерт в Лондоне собрал почти полный зал. Аудитория была смешанная по национальному и возрастному составу. Были и русские, как, например, случайно севшая по соседству от меня русская семья. На глаз, больше трети посетителей были китайского происхождения. Заметьте, в зале было очень много китайцев. С психологической точки зрения, это как в ресторанах национальной кухни - если там много посетителей-представителей этой национальности, значит ресторан хороший.

Информационная составляющая и само выступление

Акцент в программе и афишах был сделан на традиционность, историю китайского музыкального наследия, и создание культурного «моста» между западом и востоком.  Ключевые слова для западной аудитории вроде «толерантности» и «открытости» умело сочетались с высказываниями про ценности гармонии и преемственности в китайской культуре. Надо заметить, что афиша и концертная составляющая были без политической или идеологической составляющих и честно концентрировались на представлении китайского музыкального наследия.

Репертуар из 14 песен вместил в себя настоящую классику, такие, как новогодняя народная песня «Полная луна, раскрытые цветы», так и менее известные произведения из разных уголков Китая. Оркестр закончил концерт великолепным исполнением «Полета шмеля» Н.А. Римского-Корсакова, сыгранного на китайских инструментах. Для каждой из песен был написан объясняющий параграф о ней, в которым кратко описывалась ее история и делался акцент на жизненные эмоции, например, в описании песни «Влюбленные Бабочки,  был упомянут романтический роман, на котором основана музыка. Запомнилось то, что каждая песня показывала возможность того или иного китайского инструмента, давая целостную картину зрителю. Так, рекламируя возможности Шэна, музыканты встали в проходах между рядами и словно погрузили зрителей в представление. Зрители принимали каждое выступление с огромным энтузиазмом. Как и следовало ожидать, волны аплодисментов в геометрической прогрессии росли в ходе концерта.

Оценка

Важно то, что без пафоса или голой политики, китайский оркестр принес избранную часть классического китайского музыкального наследия вниманию западной аудитории. Объяснение каждой песни и инструментов внесло свой вклад в образование зрителя и сделало представление более доступным для первооткрывателей китайской культуры. Ценности китайской культуры были предложены и рекламированы неявно, соответственно атмосфера была насыщенной, но непринужденной и запоминающейся – это и есть успешное применение народной дипломатии.

Танцевальный концерт американской группы Шень-Юнь

Главные детали

Концерты проходили в Лондоне регулярно с 16 по 22 февраля. Группе предоставили Театр «Доминион» в самом центре города, вместимость которого 2,069 человек. Всего в труппе Шень-Юньа пять групп, которые устраивают туры по всему миру. Школа танца основана относительно недавно, в 2006 году в Нью-Йорке. Концерт в Лондоне, на котором я присутствовал, собрал полный зал, в подавляющем большинстве некитайского происхождения. Наши соотечественники тоже присутствовали, после концерта я увидел две русские семьи. Причины малого количества китайцев среди зрителей станут вам ясны далее.

Информационная составляющая и само выступление

Стоит начать с того, что посольство Китая в США опубликовало строгую объяснительную статью по поводу Шень-Юнья, в которой рассказывается о политической составляющий концерта. Отойдя от нее, важно заметить, как были построены программа и собственно представление. Щедро развешанные афиши по всему городу показывали только «традиционные» китайские танцы, делая акцент на историчности показа. Кадры шоу обещали фантастическое представление, и зритель заранее представлял масштабное захватывающее зрелище, что-то вроде китайского цирка. Стоит особенно отметить, что уже в бумажной программе все стало ясно – часто упоминался Фалуньгун (запрещенная в КНР секта тай-чи), всегда с акцентом на то, что группа представляет ‘истинную китайскую культуру’ которую якобы ‘разрушил коммунистический режим’ в Китае. 

Однако сразу в начале концерта можно было увидеть, что именно это представление не является носителем китайской культуры, а является продуктом западного производства, совершенно не соответствуя образу в рекламе. Вместо масштабного действия, зрителям преподносили короткие танцы, между которыми выходили два комментатора и рассказывали зрителям, что им "надо" увидеть. Хореография не была отточенной до малейшего элемента и последней секунды, иногда танцоры двигались нескоординированно, чего практически не бывает у китайских артистов на зарубежных гастролях, а некоторые сцены были нелепы до уровня комедии, и не соответствовали принципам древней китайской культуры. Например, в одной из сцен запомнились газвыделяющие студенты-конфуцианисты, увидев которых, публика хохотала.  В других сценах отсутствовала связь с историей, например, танец «монголов» в пародийных костюмах с палочками для еды. Хочу напомнить, что на протяжении всей долгой истории, палочки не были главными инструментами принятия пищи в регионе, у монголов принято есть руками – так развивалось кочующие общество. Если цель спектакля оставалась в мистике во время комических танцев, то она вылезла из логова в главных сценах, в которых милиция в черной форме, с перевернутыми серпами и молотами на спине в танце ‘избивали’ других танцоров, расправлялись с девушками-танцорами и тд. Такие моменты скорее играли против агитационной миссии спектакля, оголяя и высмеивая ее.

Следует обратить внимание, что многочисленные рецензии прессы о представлении были исключительно только положительными, а опубликованные интервью показывали только восторженные отзывы зрителей. Тут вспоминается труд Саида «Ориентализм». Там автор пишет, что западные обозреватели скорее подгоняют восточные традиции и институты под свои представления, не желая понять их истинную сущность, тем самым искажая ее. Что могло угодить западной аудитории, так это шутки пары ведущих, представляющие каждую сцену на английском и китайском языках. Они добавляли доступности понимания смысла танцев, и старались ввести аудиторию в курс дела. Но, в общем, концерт не был спасен такими малозначимыми моментами.

Бросалась в глаза реакция китайских зрителей, которых, как я говорил ранее, было очень немного. После представления, они не задерживались в кулуарах, быстро пробегали мимо фотографирующейся публики, закрывали лица шарфами и, не вступая в разговоры, как можно скорее покидали театр. В это время западная публика радостно фотографировалась под афишами спектакля.

Оценка

Можно сказать, что упрощение сложной техники истинно китайского танца, его стандартизация, вульгарные и незатейливые послания танцев и их немедленная интерпретация конферансье, прямо показывают, как прямолинейно пропагандировалась антикитайская идеология. Именно поэтому китайцы были шокированы и не желали показать, что они присутствовали в зале. Информационная составляющая танцев проявилась именно в примитивизации представления народного искусства, народной культуры и древнейшей философии. Несложная хореография, западный стиль подачи мысли и танца несли в какой то мере идею глобализации, в том, что древнейшая китайская культура и философия, в общем то, ничем не отличается от привычной западной и никому не стоит на ней концентрироваться. Концерт есть просто временный концерт.

Голая политическая составляющая выглядела как минимум нелепо, порой даже грубо. Посмотрев со стороны на обиды сценаристов по отношению к правительству КНР, такой способ их преподнесения больше делал из них фарс, нежели эффективно убеждал в правоте претензий. Представление лишний раз доказывает аксиому, что если качество есть, то о нем не надо твердить. В этом случае постоянно требовали относиться к сценам, как к истинной китайской культуре. Именно поэтому вышла только пародия на нее.

Заключение

Их этих примеров можно извлечь три урока для политики народной дипломатии\мягкой силы.

Первый – к сожалению, в эпоху информационных технологий, именно реклама и «пиар» играют роль на порядок сильнее, чем сама составляющая мероприятия или какой-либо акции. Развешанные лозунги, куча хороших рецензий и упоминания в СМИ вносят свой вклад в привлечение интереса зрителей и создание определенного мнения и моды. Постоянное продолжение размещения в прессе дальнейших хороших рецензий –  вот что создает статус-кво общепринятого мнения, а если идти против тенденции, то – это вызовет непонимание окружающих и критику.

Второй – нарратив угнетённых борющихся со злыми властями с удовольствием поглощается многообразной аудиторией, как «искусство», в независимости от фактуры и истории описанных событий.

Третий – наглядность и доступность «нового» материала – это ключ к эффективности той или иной культурной инициативы. Все новое для зрителя нужно объяснять в понятном для аудитории языке, чтобы держать любопытство и вдохновлять к продолжению интереса к новой культуре.

07.03.2018

Эмиль Певцов
Источник: https://www.geopolitica.ru/article/kitay-drevnyaya-civilizaciya-i-parodiya-na-nee




Обсуждение статьи



Ваше имя:
Ваша почта:
Комментарий:
Введите символы: *
captcha
Обновить

Вверх
Полная версия сайта
Мобильная версия сайта