Алексей Топоров: Новая реальность на Балканах: сербо-хорватский союз в Боснии (Босния и Герцеговина) (04.03.2019)

Нынешний глава президиума БиГ, экс-президент Республики Сербской Милорад Додик в своей игре против Запада и марионеточного руководства боснийских мусульман выстраивает довольно интересные союзы. Причем не только традиционные — с Сербией и Россией, но и с боснийскими хорватами, а также с Турцией.
В сараевских медиа в последнее время царит замешательство: если раньше в них старательно лепили из Милорада Додика образ врага, выдергивали сказанные им фразы из контекста, вольно интерпретировали его высказывания и факты из собственной новейшей истории, выискивали кадры, на которых он непременно должен гримасничать и ухмыляться, и ставили их на передовицы, то теперь даже в заголовках неожиданно вынуждены признать: а Додик-то говорит правду!

Когда нет правды на Западе, можно найти союзника на Востоке

Поводом для такого нехарактерного признания центральных боснийских СМИ стали слова сербского главы президиума Боснии и Герцеговины, сказанные им на открытии экономического форума, проходившего на базе экономического факультета Сараевского университета: Турция делает нам отличное предложение по реконстуркции и строительству дорог и дорожной инфраструктуры по всей стране, и мы со своей стороны должны быть максимально открыты к подобным предложениям Анкары. Стоит ли лишний раз говорить о том, с каким пиететом относятся к Турции в Сараево и мусульманской части Боснии, если даже на момент вторжения турецких войск в Сирию местные политики, общественники и студенты записывали видеобращения в поддержку Эрдогана?При этом на фоне охлаждения взаимоотношений между Анкарой и Вашингтоном уважаемые западные, в том числе и европейские партнеры восприняли столь масштабную инвестиционную экспансию Турции в Боснию не просто настороженно, а в штыки, причем настолько, что даже негласный лидер мусульманской общины Бакир Изетбегович предпочел не делать преждевременных заявлений. А Додик не только одобрил предложение Эрдогана, но и не обошелся без укола в адрес Евросоюза: мол, соседнюю Хорватию каждый год покидает все больше молодых граждан, а она вроде как член ЕС. Посему Боснии следует не жить обещаниями Запада, а сотрудничать с теми, с кем выгодно.

И, конечно же, подобная публичная эскапада прозвучала отнюдь не просто так. Это лишнее подверждение одного из пунктов предвыборной программы Додика, с которой тот баллотировался в президиум страны: позорный, по сути, колониальный надзирательский пост верховного представителя ООН в БиГ должен быть упразднен, а страна должна сама строить свою политику, в том числе и экономическую, без оглядок на Запад:

«Из-за нападок верховного представителя, который постоянно нарушал международный договор (Дейтонский договор, завершивший гражданскую войну в БиГ .— Авт.), мы пришли к ситуации, когда мы имеем полный паралич государственной системы. Нам не дали сформировать собственные бизнес-элиты, и руководство страны не имеет ни малейшего представления, каким должен быть завтрашний день Боснии и Герцеговины».

Напомним, что верховный представитель имеет практически неограниченные полномочия в Боснии: принимать решения, обязательные для исполнения всеми органами власти республики, отменять действие не понравившихся ему законов, снимать с должностей чиновников всех уровней, вплоть до руководителей государства и энтитетов, не допускать тех или иных политиков или общественных деятелей до выборов.

В ожидании дьявола

Понятное дело, что после признания того факта, что кошмарный и отвратительный во всех отношениях Додик может говорить правду, отношение к нему со стороны мусульманской общины БиГ вряд ли кардинально изменится. В конце концов, не зря же более четверти века на демонизацию всего сербского работали местные политики, медиа, духовные лидеры и деятели культуры. Поэтому отнюдь не случайностью выглядела реакция молодежи боснийской столицы во время недавней церемонии открытия прошедшего в Сараево и сербском Восточном Сараево (на чем принципиально настоял Додик) Европейского юношеского олимпийского фестиваля: Додика во время нее попросту освистали, не постеснявшись гостей из других европейских стран. А вместе с ним освистали и юных спорстменов из Сербии. Зато трех атлетов из Косово приветствовали как настоящих героев.

Потому нынешний глава президиума БиГ в недавнем интервью на вопрос, как ему теперь работается в Сараево, ответил так:

«Это место — прекрасный источник неработоспособности и депрессии, а также постоянного ожидания дьявола, который в любой момент может появиться и сделать очередную пакость. Но есть задачи, котрые сейчас имеют антиконституционную форму и которые надо привести в надлежащий вид, а также вопросы, котрые актуальны для всех жителей Боснии, требующие решения, например, с загрязнением воздуха, что можно решить газификацией, и эта проблема актуальна как в самом Сараево, так и в Восточном Сараево».

И для решения этих вопросов Милорад Додик готов идти на разнообразные альянсы, при этом не поступаясь собственными принципами. Так, например, в ответ на очередной словесный выпад Изетбеговича и его команды, пригрозивших оспорить в Конституционном суде название Республики Сербской — вроде как такое название унижает проживающих на ее территории хорватов и бошняков — парировал, заявив, что если и согласится на переименование энтитета, то только в «Западную Сербию». При этом руководителей бошняков не только не беспокоит, но и, кажется, вполне устраивает то, что на территории мусульманско-хорватской федерации сербы находятся в откровенно дискриминируемом положении. Так, в этом году в верхнюю палату парламента этого энтитета — Палату народов, вместо положенных по квоте семнадцати сербских депутатов избрали только четырнадцать, причем лишь четверо из них были избраны непосредственно сербскими общинами. Все остальные шли от мусульманских и хорватских националистических партий, то есть представлять интересы соплеменников они вряд ли станут. Кстати, по статистике до гражданской бойни в 1991 году на территории Боснии, впоследствии отошедшей к мусульмано-хорватской федерации, проживали около 600 тыс сербов. На сегодняшний же день — около 50 тыс.

«Федеральные власти делают все, чтобы сербы в мусульмано-хорватской федерации чувствовали себя неуверенно», — прокомментировал недавно ситуацию президент Федерации муниципальных ассоциаций беженцев и перемещенных лиц Игнат Симич. Иногда мне кажется, что у нелегальных иностранных мигрантов гораздо больше прав, чем у сербских репатриантов".

Кстати, о захлестнувшей БиГ, как и всю Европу, проблеме мигрантов Милорад Додик также высказался — хлестко, вполне в своем духе, заявив, что его страна страдает от этой проблемы, как и весь континент. И потому он считает соседство Боснии с ЕС «несчастьем», хотя бы потому, что все полезное, что есть в мигрантском потоке, Брюссель оставляет себе, а все, что отбраковывает, — сбрасывает Сараево.

И подобная политика лидера сербской общины Боснии приносит какие-никакие, но плоды. Так, Изетбеговичу и по сей день не удается сколотить против возглавляемого Додиком Союза независимых социал-демократов внятную парламентскую коалицию. Мало того, в боснийской политике обозначился еще один интересный тренд, который ранее не выделялся так четко, как сейчас: действующие в стране левые и лево-центристские партии принципиально отказались блокироваться с партиями националистическими, а их лидеры четко высказались по поводу того, что желают представлять интересы всех жителей страны, а не определенных этнических групп. Подобное решение приняли представители сразу трех политических сил: Социал-демократической партии, Демократического фронта и «Нашей партии», слившихся в единый «Боснийско-Герцеговинский блок». И подобный шаг приветствовали некоторые видные сараевские светские интеллектуалы, например, известный публицист, философ и литературный критик Энвер Казаз.

Хотя, нужно отметить, в свое время именно «сараевская» Социал-демократическая партия способствовала тому, что Союз независимых социал-демократов Додика был исключен из так называемого Социалистического Интернационала — скорее всего, из соображений конкуренции, а также из-за того, что социалисты РС все же были национально ориентированы. Впрочем, лидер СНСД расстраиваться по этому поводу не стал, и в конце февраля встретился в Вене с руководством ряда европейских правых партий — Австрийской партии свободы и Итальянской лиги, после чего сербские медиа стали муссировать информацию о том, что Додик хочет, чтобы его партия влилась в международное право-консервативное движение, создаваемое экс-советником Трампа Стивеном Бэнноном. Впрочем, сам Додик пока не подтвердил и не опроверг этот инсайд.

Когда Мостар не слушает Загреб

А вот с кем союз у лидера боснийских сербов состоялся, причем не вчера, так это… с лидером боснийских хорватов, ранее членом президиума БиГ, главой партии «Хорватский демократический союз» Драганом Човичем. Да, обоим политикам удалось преодолеть стену ненависти и взаимного неприятия, разделившую их народы еще в годы Второй мировой войны, и их альянс оформился еще десятилетие назад. А в начале февраля лидеры СНСД и ХДС подписали в Мостаре, который боснийские хорваты считают своей столицей, договор о сотрудничестве двух политических сил. И понятное дело, что сотрудничество это, как это часто бывает на Балканах, направлено не только во имя, но и против кого-то. В данном случае понятно, что против бошнякского лидера Бакира Изетбеговича и его унитаристов.

Зачем Милораду Додику нужен альянс с хорватами, вполне понятно — для ослабления сараевских мусульман, которые при поддержке западных кураторов не оставляют надежд превратить бошняков в доминирующий и чуть ли не государствообразующий этнос в БиГ и уничтожить Республику Сербскую как таковую. Пока же они, по сути, заблокировали формирование нового совета министров, который должен быть сформирован с участием министров от победившей в РС СНСД. Но экс-премьер, представитель партии Изетбеговича («Партия демократического действия») Денис Звиздич, по сути, заблокировал создание нового правительства, мотивируя это тем, что у прежнего совмина остались еще невыполненные дела. И, что занятно, верховный представитель ООН будто бы не замечает творящегося откровенного беззакония. Что за «дела» у Звиздича такие незавершенные, тоже вполне понятно: недавно он провел пресс-конференцию в ходе которой с удовлетоврением отчитался о том, что БиГ ответила на все разместившиеся на 23 тыс страниц 3 897 вопросов Еврокомиссии, связанных с получением страной статуса кандидата в члены ЕС. И теперь дело за Брюсселем.

Впрочем, против интеграции с ЕС Милолрад Додик тоже ничего не имеет и, более того, выступает за неё. Тем более, что против этого ничего не имеют и его близкие партнеры из Москвы. Совсем другое — перспективы вступления БиГ в НАТО, к чему страну активно подталкивают западные партнеры.

Так, на встрече с новым послом США Эриком Нельсоном член президиума БиГ от бошняков Шефик Джаферович выдал дежурный спич о том, что «интеграция в НАТО и Европейский союз являются основными внешнеполитическими целями Боснии и Герцеговины, и мы благодарим Соединенные Штаты за их четкую и решительную поддержку в достижении нами этих целей». При этом глава этого президиума Додик в свой приветственной речи был также радушен, но далеко не так однозначен, как коллега:

«Что касается НАТО, мы привержены сотрудничеству, и у нас есть некоторые договоренности в рамках программы „Партнерство ради мира“… Наши солдаты принимают участие в различных миссиях НАТО, но я хотел бы сказать, что в Боснии нет единого мнения о вступлении в альянс. Это вопрос повестки дня, в отличие от вопроса о вступлении в Европейский союз, по поводу которого в стране существует консенсус».

А потом в интервью балканским медиа четко дал понять, что консенсус по поводу вступления в НАТО в БиГ все-таки есть, но в энтитете Республика Сербская, где как партия власти, так и оппозиция выступают за сохранение нейтрального и внеблокового статуса государства.

В отличие от боснийских сербов, боснийские хорваты совсем не против вступления в Североатлантический альянс. В частности, их не имеющий юридического статуса в мусульмано-хорватской федерации Хорватский народный собор в начале этого года принял декларацию, в которой черным по белому написано:

«Стратегическая цель хорватского народа в БиГ — скорейшее членство БиГ в ЕС и НАТО… Чтобы БиГ продолжала и успешно завершила свой евроатлантический путь и стала полноправным членом ЕС и НАТО, необходимо подойти… к конституционным, правовым и институциональным изменениям на принципах федерализма, децентрализации и законного политического представительства… Это подразумевает создание новой и более рациональной административно-территориальной организации страны, которая будет в равной степени охватывать все три народа».

То есть в хорватская община в очередной раз заявила, что ее не устраивает тот факт, что вершители Дейтона, дабы оформить итог гражданской войны 90-х как борьбу двух прогрессивных народов против одного непрогрессивного, напрочь лишили их собственной субъектности.

«Конституционная, институциональная и политическая ситуация совершенно неприемлема для хорватов в БиГ, — говорится в документе. — Она лишает их права на законное политическое представительство… Два раза на уровне Федерации Боснии и Герцеговины правительство создавалось без законных хорватских представителей, а три раза член Президиума Хорватии избирался против политической и избирательной воли хорватского народа или был навязан хорватам в результате правового, политического и избирательного насилия».

И здесь, конечно, масла в огонь подлило недавнее избрание членом президиума БиГ от хорватской общины лидера Демократического фронта Желько Комшича, которого считают ставленником Изетбеговича и союзником мусульман. И полагают, что победителем тот стал благодаря голосам бошняков, что невозможно оспорить или подтвердить опять-таки из-за отсутствия собственной субъектности у боснийских хорватов.

И вот здесь интересы местных хорватов и сербов очень даже совпадают — и те, и другие недовольны собственным положением в БиГ, попыткой представить мусульман в роли титульной нации и отодвинуть хорватов и сербов на вторые, а то и на третьи роли, а также решить их судьбы росчерком пера в Брюсселе или Вашингтоне.

И в своей решимости отстаивать собственные национальные интересы совместно с сербами хорваты готовы идти наперекор не только сараевским властям и Западу, но и Загребу. Во всяком случае на это готов их подлинный лидер Драган Чович. Так, 9 января этого года он принял участие в торжествах по поводу очередной годовщины Республики Сербской в её столице Баня-Луке — праздника, который официальное Сараево уже который год пытается запретить. Причем приехал он на празднование не один, а вместе с экс-премьером страны Вьекославом Бевандой. Этот визит спровоцировал бурю возмущения как у элиты Хорватии (для консультаций в Загреб был вызван посол страны в БиГ), так и в хорватских медиа, и в ряде западных СМИ. Не забыл блеснуть красноречием и последний глава президиума СФРЮ, один из идеологов хорватской независимости Стипе Месич, вошедший в историю благодаря фразе «я выполнил свою миссию, Югославии больше нет». В своей гневной статье отставной политик обвинял Човича чуть ли не в разрушении «дейтонской системы».

Но Чович, как гворилось выше, после всего этого заключил с Додиком межпартийное соглашение в своем родном Мостаре. Потому как интересы двух общин БиГ совпадают, и на месте лучше видней, с кем следует дружить, а против кого воевать.

Источник: https://eadaily.com/ru/news/2019/03/01/novaya-realnost-na-balkanah-serbo-horvatskiy-soyuz-v-bosnii?fbclid=IwAR1jBV-DF-KtQBUHrEHuqsdY4ru8bcmktQYu9af7i0Qf8XXppPIRigjB-Dg
04.03.2019

Алексей Топоров





Обсуждение статьи



Ваше имя:
Ваша почта:
Комментарий:
Введите символы: *
captcha
Обновить

Вверх
Полная версия сайта
Мобильная версия сайта