Они готовы были сесть в тюрьму за союз Белоруссии с Россией. Их посадили (05.09.2018)

На минувшей неделе вступил в силу приговор трем белорусским публицистам — Сергею Шиптенко, Юрию Павловцу и Дмитрию Алимкину, обвиненным в разжигании межнациональной вражды. Все трое осуждены на пять лет лишения свободы — правда, с отсрочкой наказания. Это дело, на первый взгляд заурядное, получило широкий резонанс из-за двух обстоятельств. Во-первых, на скамье подсудимых оказались люди, давно и активно выступавшие за союз с Россией. А во-вторых, оно изрядно подпортило имидж белорусской власти и отдельных функционеров, которые в итоге лишились должностей. «Лента.ру» разобралась в «деле публицистов», имеющем шанс стать самым резонансным политическим процессом на постсоветском пространстве.


«Я на своей земле»


В декабре 2016 года белорусские СМИ синхронно сообщили о задержании двух публицистов — Дмитрия Алимкина и Юрия Павловца, писавших статьи для нескольких российских изданий. Через пару дней был задержан еще один автор — Сергей Шиптенко. Чуть позже стало известно, что всем им инкриминируется «разжигание межнациональной вражды, совершенное группой лиц» (часть 3 статьи 130 УК РБ), причем в деле, по словам представителя Следственного комитета Белоруссии, имелся еще один фигурант — шеф-редактор информационного агентства «Регнум» Юрий Баранчик, который, по версии белорусских правоохранителей, был заказчиком публикаций, в которых обнаружили «разжигание».
  О чем же писали задержанные? О том, что Белоруссия во внешнеполитическом плане все увереннее движется на Запад — в ущерб отношениям с Россией, что белорусские власти способствуют распространению в республике национализма и русофобии, что официальный Минск фактически оказывает военную поддержку Украине. Помимо этого, авторы подробно анализировали искусственный характер проводимой в республике политики «белорусизации» и тяжелое экономическое положение, в котором оказалась страна.
 
До этого в Белоруссии еще не сажали сторонников сближения с Россией. В 90-е годы Александр Лукашенко, строивший планы стать преемником Бориса Ельцинаи возглавить объединенное с Россией государство, громил и маргинализировал националистическую оппозицию. Затем белорусская власть пересмотрела внешнеполитические приоритеты, и убежденных сторонников объединения с Россией постепенно начали выжимать из министерств и ведомств. Однако дело доцента Белорусского государственного университета информатики и радиоэлектроники Павловца, главного редактора научного журнала «Новая экономика» Шиптенко и школьного сторожа Алимкина стало первым случаем, когда пророссийские активисты подверглись уже не административному прессингу, а уголовному преследованию.

Чтобы создать вокруг произошедшего выгодную для власти картинку, в государственных СМИ развернули информационную кампанию, изображая арестованных ненавистниками белорусского народа и едва ли не фашистами. Телеканалы и правительственные издания наперебой рассказывали об опасных экстремистах-«белорусофобах», которых разоблачили стражи порядка. Авторы этих материалов не брезговали откровенным подлогом: к примеру, было заявлено, что публицисты якобы использовали в отношении белорусов эпитеты «недонарод» и «недонация».

Официальное издание администрации Александра Лукашенко «Советская Белоруссия» опубликовало статью «Поймали на слове», автор которой Евгений Кононович сравнил арестованных публицистов с «пропагандистами Геббельса». В какой-то момент фейки белорусских СМИ подхватили высокопоставленные российские чиновники, в частности посол Александр Суриков и официальный представитель МИД Мария Захарова, что послужило причиной судебного разбирательства.
 
Доцента, редактора и сторожа задерживали как опасных преступников — с ОМОНом, выламыванием дверей, многочасовыми обысками. Когда в квартиру Сергея Шиптенко ломились правоохранители, он позвонил корреспонденту «Ленты.ру», рассказал о случившемся и спокойно заявил: «Я на своей земле. И прошу считать меня русским человеком».
 


Групповое разжигание


Павловцу, Алимкину и Шиптенко было предъявлено обвинение по части 3 статьи 130 УК РБ «Разжигание расовой, национальной или религиозной вражды или розни» (от пяти до двенадцати лет лишения свободы). По версии Следственного комитета Белоруссии, обвиняемые представляли собой преступную группу и действовали по заказу находящегося в Москве шеф-редактора агентства «Регнум» Юрия Баранчика. Однако тут у следствия сразу же возникли проблемы. Во-первых, выяснилось, что публицисты ну никак не могли быть группой — если Шиптенко и Павловец были давно друг с другом знакомы и даже вместе написалинаучную книгу о белорусской экономике, то Алимкина никто из них не знал, и, более того, он оказался единственным из всех троих, кто был хоть как-то связан с Баранчиком.
 
Казалось бы, надо переквалифицировать обвинение на часть 1 той же статьи, которая предполагает более мягкое наказание (в большинстве случаев временное ограничение свободы). Однако, по неофициальной информации, сверху поступило распоряжение ничего не менять. Кстати, это был первый случай, когда в Белоруссии кого-либо обвиняли именно по третьей части экстремистской статьи.

Следствие, вынужденное решать задачу, суть которой сводилась к необходимости обнаружить эту самую «группу», решило ее крайне изящно. Было заявлено, что обвиняемые действовали в группе, но не друг с другом, а каждый из них в отдельности — вместе с сотрудниками российских СМИ, публиковавшими их статьи! То есть, по версии белорусских следователей, речь идет сразу о трех бандах экстремистов, каждая из которых состояла из одного автора и нескольких пособников из российских изданий, проходивших по делу в качестве «неустановленных лиц».

Изначально арестованные оказались в очень тяжелых условиях. Им сразу же отказались изменить меру пресечения на подписку о невыезде. Следователь Юрий Мацкевич также раз за разом отвечал отказом на все просьбы жен о свидании. Однако время шло, и информационный фон вокруг этого дела потихоньку менялся. Общественность начала осознавать, что за экстремистов и пропагандистов Геббельса белорусские власти и государственные СМИ пытаются выдать ученых и исследователей. А в качестве разжигающих высказываний приводятся вырванные из контекста цитаты одного из трех авторов, выражавшегося резче остальных. Стало ясно, что Павловца, Шиптенко и Алимкина преследуют именно за то, что они были единственными белорусскими авторами, которые не боялись писать о растущей в стране русофобии.


Сложное дело


Странная история произошла с экспертизой текстов арестованных, которая и стала основанием для уголовного дела. Она была составлена Республиканской экспертной комиссией по запросу министерства информации Белоруссии. Однако следователь долго отказывался предъявлять ее адвокатам обвиняемых, ссылаясь на закрытый характер исследования. В какой-то момент у адвокатов возникло серьезное подозрение, что никакой экспертизы попросту нет и что она составляется задним числом, когда Павловец, Шиптенко и Алимкин уже сидят в СИЗО в ожидании суда.
  Впоследствии адвокаты представили весомые доказательства в пользу того, что именно так и обстояли дела. При этом представители обвиняемых обратились к известным независимым экспертам, в том числе к одному из ведущих российских специалистов по выявлению признаков экстремизма в печатных текстах Елене Галяшиной. Они провели собственное исследование статей, придя к однозначному выводу: никакого экстремизма в публикациях нет.
 
В Минске рассчитывали представить дело так, будто Россия полностью разделяет белорусскую позицию по этому делу, и молчание официальных представителей РФ до поры до времени позволяло белорусским властям поддерживать эту версию. Более того, в марте 2017 года в Москве по запросу белорусских следственных органов был задержан шеф-редактор агентства «Регнум» Юрий Баранчик. Началась процедура экстрадиции, однако российский суд отказался принимать во внимание аргументы белорусской стороны и не признал Баранчика экстремистом — через день после задержания он был отпущен на свободу.

Не увенчались успехом и другие попытки. Так, сразу после ареста Алимкина, Павловца и Шиптенко министр информации Лилия Ананич сообщила, что белорусская сторона отправила запрос в ряд российских ведомств — в частности, в министерство связи и Роскомнадзор — с просьбой дать статьям публицистов правовую оценку. Однако в сентябре 2017 года в Минсвязи РФ заверили, что никакого запроса из Белоруссии не получали, а следом и представители Роскомнадзора заявили, что эксперты ведомства не обнаружили в статьях Павловца, Алимкина и Шиптенко никаких нарушений действующего законодательства. Буквально на следующий день после этого заявления Лилию Ананич освободили от занимаемой должности.
  Энтузиазм белорусских чиновников и правоохранителей шел на убыль. Если раньше они подолгу и охотно рассказывали об этом деле, красочно описывая победы над белорусофобами, то теперь представители государства стали избегать даже упоминаний о публицистах. Но работа не остановилась. Главный редактор агентства «Регнум» Модест Колеров рассказал, что на него неоднократно выходили некие посредники, предлагавшие «договориться с Лукашенко». От Колерова требовалось признать от имени арестованных их вину и убедить Юрия Баранчика сдаться белорусским властям.

Однако дело, стремительно развивавшееся на начальном этапе, позже явно забуксовало. Арестованных продолжали держать в СИЗО, не проводя с ними никаких следственных действий. Идея быстро организовать громкий процесс и примерно наказать сторонников Русского мира не получила должного развития.


Шито красной нитью


В августе 2017 года публицистам было предъявлено окончательное обвинение. Помимо «разжигания» Шиптенко и Павловцу была инкриминирована еще одна статья — «незаконное предпринимательство». Самое интересное, что под этим подразумевалось получение гонораров за написание статей. При этом Павловец и Шиптенко являлись зарегистрированными ИП, но следствие это не смутило. Вообще, следователь Мацкевич делал буквально все, чтобы осложнить жизнь арестованным — в частности, он отказался приобщать к делу выгодное для подследственных заключение независимых экспертов, мотивируя это тем, что в нем содержится слово «Белоруссия» вместо политически правильного «Беларусь».

Суд начался в декабре 2017 года. Шиптенко, Алимкин и Павловец намеревались воспользоваться представившейся возможностью (судебный процесс был открытым), чтобы рассказать свою историю всему миру. Стоит отметить, что сторона защиты добилась вызова в суд целого ряда экспертов, историков, политологов и просто неравнодушных читателей, высказывавшихся в защиту обвиняемых. Обвинение же привлекло всего двух свидетелей — журналиста националистического издания «Наша Нива» Артема Горбацевича и того самого Дениса Рабенка, написавшего на публицистов донос в Генпрокуратуру.

С самого начала подсудимые защищали свою позицию. «Национализм существует в Белоруссии со времен перестройки, — заявил Дмитрий Алимкин. — Это не новость. Новость в том, что русофобии стало покровительствовать государство. Что и подтверждается нашим нахождением здесь».

«В статьях было мое неуемное желание предотвратить негативные последствия в российско-белорусских отношениях, — сказал, в свою очередь, Юрий Павловец. — То, что мы читаем в обвинении, не вызывает ничего, кроме удивления».

«Единственным моим намерением было сближение братских народов Белоруссии и России», — заявил Сергей Шиптенко.
  Кульминацией судебного процесса стал допрос авторов экспертизы, на основании которой публицистов целый год держали за решеткой — филологов Аллы Кирдун, Алеси Андреевой и психолога Галины Гатальской. Согласно составленной ими экспертизе, доказательством того, что публицисты разжигают рознь, являлось, в частности, отрицание преемственности современной белорусской государственности от Великого княжества Литовского, приуменьшение исторической роли Радзивиллов (польских магнатов, владевших белорусской землей и сейчас причисляемых к «историческим белорусам») и даже именование Ефросиньи Полоцкой общерусской святой (а не белорусской, на чем настаивали авторы экспертизы).

Вскоре выяснилось, что эксперты Кирдун, Андреева и Иванова не в состоянии ответить предметно ни на один из вопросов, что задавали им подсудимые и их адвокаты. Кроме того, выяснилось, что ряд своих ключевых утверждений авторы экспертизы взяли буквально из ниоткуда — к примеру, заявление о том, что публицисты якобы считают белорусов «недостойными звания нормальный народ» (это выражение, опять же, никто из авторов не использовал) стало плодом «умозаключения эксперта». Помимо этого, Алла Кирдун походя объявилароссийскую аудиторию «неспособной к критическому мышлению».

Но самое яркое впечатление оставил допрос психолога Галины Гатальской, проявившей себя выраженной сторонницей белорусского национализма. Составленная ею часть экспертизы представляла собой непрерывный поток обвинений авторов в уничижительном отношении к белорусам; в призывах к отказу от государственного суверенитета; в разжигании ненависти между белорусами и русскими. В ответ на требование обосновать свою точку зрения, приведя конкретные цитаты, Гатальская попросту заявляла, что это якобы проходит через тексты обвиняемых «красной нитью». И для судьи этого оказалось вполне достаточно — вынося приговор, он не принял во внимание ни мнение авторитетных российских экспертов (чью авторскую методику, кстати, использовали Кирдун и компания), ни заключение Роскомнадзора, ни многочисленные заявления свидетелей защиты.

***

Суд приговорил Юрия Павловца, Дмитрия Алимкина и Сергея Шиптенко к пяти годам лишения свободы с отсрочкой исполнения наказания на три года. В последнем слове Сергей Шиптенко сказал, что если нужно сесть в тюрьму за Русский мир, то он сделает это без колебаний. При этом для белорусской власти эта победа оказалась пирровой. Имидж государственных СМИ и правоохранительной системы и суда оказался подпорчен надуманными и несостоятельными обвинениями. Все госслужащие и чиновники, так или иначе связанные с «делом публицистов», были вынуждены покинуть свои должности — от следователя и авторов экспертизы до тех, кто, по слухам, являлся основными координаторами: министр информации Лилия Ананич, главный редактор официального издания администрации Лукашенко Павел Якубович и глава Белтелерадиокомпании Геннадий Давыдько. Сейчас Павловец, Алимкин и Шиптенко находятся под подпиской о невыезде.
05.09.2018


Источник: https://lenta.ru/articles/2018/08/05/poperek_batki/




Обсуждение статьи



Ваше имя:
Ваша почта:
Комментарий:
Введите символы: *
captcha
Обновить

Вверх
Полная версия сайта
Мобильная версия сайта