Станислав Смагин: Патриотизм дело хорошее, но как бы ничего не вышло (29.11.2018)

Юрий Поляков, живой классик, один из лучших русских писателей за последние лет эдак семьдесят, настоящий патриот и человек, достаточно лояльный к действующей власти, — внезапно был исключен из состава президентского совета по культуре и искусству. По странному стечению обстоятельств, произошло это буквально через несколько месяцев после выхода сборника его публицистики «Желание быть русским».

Нужно сказать, что Юрий Михайлович патриот, но одновременно интернационалист в самых, без преувеличения, лучших советских традициях. До сих пор помню, как он в статье «Лезгинка на Лобном месте», посвященной беспорядкам на Манежной площади из-за убийства выходцами с Северного Кавказа русского парня Егора Свиридова, выводил причины произошедшего во многом из разрушения советской многонациональной литературы:

«Если вы полистаете учебники по литературе советского периода, то сразу заметите, сколь почётное место отведено в них творчеству писателей «народов СССР и РСФСР». Тут вам: Чингиз Айтматов, Эдуардас Межелайтис, Василь Быков, Олесь Гончар, Кайсын Кулиев, Рыгор Бородулин, Петрусь Бровка, Павло Тычина, Мирзо Турсун-заде, Сильва Капутикян, Нодар Думбадзе, Ираклий Абашидзе, Джамбул, Юрий Рытхэу, Расул Гамзатов, Олжас Сулейменов, Давид Кугультинов, Габдула Тукай, Юхан Смуул и т.д. и т.п.

Не берусь судить, действительно ли они самые лучшие в своих национальных литературах того периода, но думаю, уверен: из лучших…

А теперь возьмите современные, так сказать, общероссийские учебники по литературе! Вы очень удивитесь, но национальных писателей там почти не осталось. Раз, два и обчёлся. Так, остатки былой советской роскоши. Неужели, получив свободу слова и суверенитета от пуза, сбросив путы пролетарского интернационализма, русификаторства и «старшебратства», национальные авторы стали писать хуже и не выдвигают теперь из своих рядов общефедеральных титанов? Да, разрушение советской культурной политики с её целевой поддержкой национальных литератур не могло не сказаться. Но чтобы будто корова языком слизала…Так не бывает!».

Вот и в первых строках нового сборника Поляков открещивается от звания русского националиста (которое, кстати, периодически примеряет на себя и глава государства): «Не волнуйтесь, друзья, автор – не русский националист, а скорее русский заботник – есть у Даля такое хорошее словцо. И заметки эти написаны именно с позиций русского заботника».

И одновременно, с определенной периодичностью отвешивая дежурные дипломатичности и комплименты верховной власти, бьет в этих заметках совершенно искреннюю тревогу по поводу состояния дел русского народа и табуированности русской темы в общественно-информационном пространстве: «Почему я, чувствуя себя русским, испытываю некий дискомфорт в России, как, впрочем, и многие мои соотечественники? Поверьте, прежде чем усесться за свои заметки, я долго колебался, мол, стоит ли так подставляться? В нашей стране русская тема в открытой публицистике если не запретная, то и небезопасная: тронув ее, легко прослыть русским националистом, а быть русским националистом — совсем не то, что литовским или грузинским националистом. В нашем языке слово «националист», в отличие от английского, имеет отчетливо отрицательную, как сказали бы специалисты, коннотацию. А сочетание «русский националист» — вообще ярлык, который по опасности приближается к желтой звезде времен фашистской оккупации. После публикации моих заметок, полагаю, меня выставят вон из многих почетных общественных органов, из того же совета по культуре и искусству при президенте России. Жаль, конечно, но судьба Отечества важнее, а она напрямую зависит от русского вопроса».

Можно предположить, что вывод Юрия Михайловича из состава президентского совета по культуре и искусству именно после этого сборника суть обычная случайность и совпадение. Можно счесть случайностью и то, что именно после выхода этого сборника книги Полякова стали со всей целенаправленностью пропадать из российских книжных магазинов. Но одновременно с отводом маститого писателя вакантное место в Совете занял воронежский драматург Михаил Бычков, местная версия Марата Гельмана и Кирилла Серебренникова. Г-н Бычков небезуспешно пытается превратить проводящийся в Воронеже Платоновский фестиваль в карнавал либеральных ценностей, в частности, пропихивая в его программу низкопробный спектакль о страданиях немолодого ненатурала, мечтающего стать актером.

И вот эту де-факто замену классика на развратника считать совпадением уже как-то не получается.

Точно так же не получается закрыть глаза на связь этой замены со скандалом вокруг запрета на реконструкцию севастопольского Матросского бульвара. Нет, связь эта не прямая – скорее, концептуальная, в рамках общего отношения правящей нами системы к гражданско-патриотическим ценностям, культуре и историческому наследию.

Ленин в свое время выдвинул теорию существования в каждом государстве двух культур, одной – эксплуатирующего класса, другой – эксплуатируемого. Что ни думай и ни говори про Владимира Ильича, но в современной Российской Федерации эта теория подтверждается совершенно неоспоримо. Русский народ и большинство примыкающих к нему как этносов, так и отдельных граждан вне зависимости от этнической принадлежности, находятся под двойным гнетом собственной, фактической колонизаторской олигархии и бюрократии – и направляющих её как идейно, так зачастую и организационно зарубежных центров сил.

Соответственно, с одной стороны есть истинная национальная культура и стремление к защите русской исторической памяти, одновременно фактически стоящие на защите общей культуры и исторической памяти подавляющего большинства российских граждан. К слову, здесь находится и точка отстаивания и защиты социальных интересов подавляющего надэтнического большинства российских граждан.

Как у социальных, так и у национально-культурных интересов 9/10 российских граждан один и тот же враг: космополитическая властная де-факто захватническая прослойка, опирающаяся на отдельных идейно близких граждан и отдельные социальные и этнические группы, являющиеся выгодополучателями нынешнего положения дел.

Таким образом, с одной стороны мы видим культуру, отстаивающую национальное мировоззрение и консервативные ценности русского народа, а заодно и социальные интересы подавляющего большинства российских граждан вне зависимости от этнической принадлежности. Эту культуру представляет как раз Юрий Поляков и другие громкие и не очень писатели, публицисты, критики, журналисты и иных направлений деятели, трубящие о национальных и социальных (они если не полностью, то в основном совпадают) проблемах страны.

С другой стороны, им противостоит культура – точнее, бескультурье — чиновно-бюрократической прослойки и присосавшихся к ней либеральных, этнических и безыдейно-циничных меньшинств. Для этой «культуры» или бескультурья характерны принципы (точнее, беспринципы) леволиберального и праволиберального толка, а также следующие установки: «патриот это тот, кого таковым считает текущая власть», «патриотизм определяется текущей методичкой от куратора» и, наконец, «патриотизм дело хорошее, но как бы ничего не вышло».

Беспринципы эти, вроде как где-то противоречивые, на самом деле прекрасно стыкуются друг с другом.

Скажем, замена искреннего патриота Полякова на М.Бычкова, проповедника нетрадиционной любви и разнузданной безнравственности и последователя Гельмана и Серебренникова, вполне логична, учитывая, что ранее государство десятками миллионов рублей и престижными должностями поддерживало непосредственно Гельмана и Серебренникова, пока они не начинали впадать в нигилистический раж против текущей власти. Этот нигилизм, в отличие от нигилизма против России как таковой, крайне не поощряется. Ну, а «публицисты» и «аналитики» из провластных СМИ готовы в любой момент обосновать и поддержать выделение любых грантов и льгот любым певцам гомосексуализма. Надо будет – обоснуют, почему гей-парады это традиционная многовековая консервативная наша «скрепа». Обосновывают же вовсю возможную передачу Японии Курил, что никак не лучше гей-парадов. Такой вот ЛГБТ-патриотизм.

Если классово, национально и социально близким персонажам можно и должно получать от управленцев гранты на любые непотребства, то классово чуждым, которые не вышли лицом или свитером, нельзя делать гражданско-патриотические добрые дела даже за свой счет – и ситуация вокруг Севастопольского бульвара как раз тому порука.

В случаях же, где отсутствуют неказенные патриоты, желающие восстановить или попросту сохранить какой-то объект культурно-исторического наследия, а сами чиновники не имеют в этом сохранении какого-то прямого корыстного интереса, побеждает логика «раз нет навара – с глаз долой». Так было месяц назад в городе Боровске, где лишь вмешательство не местных, а столичных общественников помогло спасти уже приговоренные к сносу полтора десятка старинных зданий.

Этот «патриотизм» и эта «культура», которым я чуть выше дал приставку «гей», но которые более уместно и всеохватывающе назвать «патриотизмом и культурой денег, власти и политической сиюминутности» пропитывают всю нашу жизнь и регулярно дают о себе знать мелкими случаями вроде маркерами вроде замены Полякова на Бычкова.

Но порой бывают и особо показательные зарисовки, когда самые главные небожители из властной культуры собственнолично опускаются в низины гонимой культуры исторического и национального большинства, чтобы объяснить всю низменность и неуместность последней. Показательный пример – в 2008 год Петр Авен, один из отцов российского олигархического капитализма девяностых и, через это, всего нынешнего положения дел, написал рецензию на роман только-только матеревшего Захара Прилепина «Санькя». Рецензия была богата одной-единственной мыслью: негоже проповедовать пафос социального переустройства мира, заколачивание «бабок» — вот единственная достойная цель жизни и одновременно культурно-литературная тема.

Прилепин, к слову, урок усвоил, и сначала через дружбу с либеральными борзописцами вроде Дмитрия Быкова, а затем и через сотрудничество непосредственно с властью интегрировался в ту культуру, что престижнее, выгоднее и стоит на авеновских догматах. Полностью в своего, правда, пока не превратился, есть еще маркеры успешности – скажем, британское подданство, которым, как давеча выяснилось, обладает один из главных официозно-патриотических тележурналистов Сергей Брилев…

…И, согласитесь, чего уж нам ждать хорошего при безоговорочном доминировании культурно-информационного поля, все мало-мальски значимые лица которого либо имеют паспорта враждебных России стран, либо получают зарплату у обладателей таких паспортов, либо стремятся попасть в одну из перечисленных категорий.

Впрочем, данный расклад сил всего лишь один из частных фрагментов общей картины «кому на Руси жить хорошо» — но от этого лишь еще тоскливее.

29.11.2018

Станислав Смагин
Источник: https://izborsk-club.ru/16181




Обсуждение статьи



Ваше имя:
Ваша почта:
Комментарий:
Введите символы: *
captcha
Обновить

Вверх
Полная версия сайта
Мобильная версия сайта