Игорь Панарин: Просчеты КГБ СССР. Агенты влияния (26.11.2018)

17 июля 1967 года, по инициативе председателя КГБ СССР Юрия Владимировича Андропова, Политбюро ЦК КПСС приняло решение о создании в структуре КГБ самостоятельного, 5-го управления по борьбе с идеологическими диверсиями противника.
В записке от 3 июля 1967 года, направленной в ЦК КПСС, Ю. В. Андропов подчеркивал: «Имеющиеся в Комитете государственной безопасности материалы свидетельствуют о том, что реакционные силы империалистического лагеря, возглавляемые правящими кругами США, постоянно наращивают свои усилия в плане активизации подрывных действий против Советского Союза. При этом одним из важнейших элементов общей системы борьбы с коммунизмом они считают психологическую войну. Замышляемые операции на идеологическом фронте противник стремится переносить непосредственно на территорию СССР, ставя целью не только идейное разложение советского общества, но и создание условий для приобретения у нас в стране источников получения политической информации.

В 1965-1966 годах органами госбезопасности в ряде республик было вскрыто около 50 националистических групп, в которые входило свыше 500 человек. В Москве, Ленинграде и некоторых других местах разоблачены антисоветские группы, участники которых в так называемых программных документах декларировали идеи политической реставрации…

Под влиянием чуждой нам идеологии у некоторой части политически незрелых советских граждан, особенно из числа интеллигенции и молодежи, формируются настроения аполитичности и нигилизма, чем могут пользоваться не только заведомо антисоветские элементы, но также политические болтуны и демагоги, толкая таких людей на политически вредные действия…».

В связи с этим в цитировавшейся записке предлагалось создать в центральном аппарате КГБ самостоятельное управление (пятое) и возложить на него функции, важнейшими из которых были две:

организация работы по выявлению и изучению процессов, могущих быть использованными противником в целях идеологической диверсии;

разработка в контакте с разведкой идеологических центров противника, антисоветских эмигрантских и националистических организаций за рубежом.

Эта записка рассмотрена Политбюро ЦК КПСС 17 июля 1967 года. Затем было принято соответствующее постановление Совета министров СССР.

Таким образом, уже в 1967 году в КГБ СССР было создано специальное управление для организации информационного противодействия акциям внешних сил. Сотрудники 5-го управления в своих воспоминаниях отмечают, что онибыли знакомы с доктриной информационной войны против СССР А. Даллеса, сформулированной им в 40-х годах. Решение о создании нового управления было правильным.

Однако стратегия А. Даллеса, модернизированная Г. Киссинджером, по созданию «пятой колонны» внутри СССР была выявлена КГБ СССР лишь в 70-х годах. Б. Л. Прозоров в своей книге{20} отмечает, что «в 1976 году Андропов вводит в оборот понятие "тайные операции по подрыву устоев социализма" и призывает уделять особое внимание изучению аналитическими группами пятых подразделений тайной, подпольной борьбы на территории СССР».

Об опасности приобретения и использования Западом агентов влияния из числа советских граждан в подрывных политических целях председатель КГБ СССР Ю. В. Андропов впервые сигнализировал в 1977 году. Речь идет о подготовленной в то время внешней разведкой КГБ СССР и подписанной Ю. В. Андроповым записке, адресованной ЦК КПСС. Ее текст был оглашен председателем КГБ СССР В. А. Крючковым на закрытом заседании Верховного Совета СССР 17 июня 1991 года в Кремле.

У хорошего аналитика сразу же возникает вопрос: а почему так поздно, в 1977 году? Ю. В. Андропов возглавлял КГБ СССР к этому времени уже более 10 лет. Ведь еще в 1945 году А. Даллесом была сформулирована общая доктрина разложения изнутри советского общества. Ну а модернизировал ее Г. Киссинджер в 1972 году. Обращаю внимание читателей на тот факт, что это произошло лишь спустя 10 лет после создания 5-гО управления. Да и записка должна была быть подготовлена совместно 1-м управлением (внешняя разведка) и 5-м управлением. Ведь внешняя разведка и 5-е управление должны были выявлять информационно-психологические операции противника, да и пресекать их должны были вместе.

К сожалению, 5 лет (!) понадобилось КГБ СССР, чтобы узнать о планах Г. Киссинджера. Многовато, учитывая то, что уже в 1975 году в Хельсинки был подписан документ, в котором Советский Союз пошел на глобальные уступки, по сути не получив ничего взамен. Вообще ситуация с Хельсинки-75 до боли напомнила неудачные действия руководства царской России в XIX веке, когда Россия спасла в 1848 году Австрийскую империю от распада, оберегая совместные имперские ценности, а ровно через 5 лет вынуждена была сражаться с «благодарными» австрийцами, ведомыми Британской империей, в Крымской войне.

А теперь приведем текст записки КГБ об «агентах влияния»{21}.

Записка КГБ СССР 1977 года

«По достоверным данным, полученным Комитетом государственной безопасности, последнее время ЦРУ США на основе анализа и прогноза своих специалистов о дальнейших путях развития СССР разрабатывает планы по активизации враждебной деятельности, направленной на разложение советского общества и дезорганизацию социалистической экономики. В этих целях американская разведка ставит задачу осуществлять вербовку агентуры влияния из числа советских граждан, проводить их обучение и в дальнейшем продвигать в сферу управления политикой, экономикой и наукой Советского Союза. ЦРУ разработало программы индивидуальной подготовки агентов влияния, предусматривающей приобретение ими навыков шпионской деятельности, а также их концентрированную политическую и идеологическую обработку. Кроме того, один из важнейших аспектов подготовки такой агентуры – преподавание методов управления в руководящем звене народного хозяйства. Руководство американской разведки планирует целенаправленно и настойчиво, не считаясь с затратами, вести поиск лиц, способных по своим личным и деловым качествам в перспективе занять административные должности в аппарате управления и выполнять сформулированные противником задачи. При этом ЦРУ исходит из того, что деятельность отдельных, не связанных между собой агентов влияния, проводящих в жизнь политику саботажа и искривления руководящих указаний, будет координироваться и направляться из единого центра, созданного в рамках американской разведки. По замыслу ЦРУ, целенаправленная деятельность агентуры влияния будет способствовать созданию определенных трудностей внутриполитического характера в Советском Союзе, задержит развитие нашей экономики, будет вести научные изыскания в Советском Союзе по тупиковым направлениям. При выработке указанных планов американская разведка исходит из того, что возрастающие контакты Советского Союза с Западом создают благоприятные предпосылки для их реализации в современных условиях. По заявлениям американских разведчиков, призванных непосредственно заниматься работой с такой агентурой из числа советских граждан, осуществляемая в настоящее время американскими спецслужбами программа будет способствовать качественным изменениям в различных сферах нашего общества, и прежде всего в экономике, что приведет в конечном счете к принятию Советским Союзом многих западных идеалов. КГБ учитывает полученную информацию для организации мероприятий по вскрытию и пресечению планов американской разведки».

Вряд ли следует сомневаться, что КГБ «учитывал полученную информацию». Но вот осуществить комплексные мероприятия «по вскрытию и пресечению планов американской разведки» удалось далеко не в полном объеме.

По моему мнению, создавать основу для появления агентов влияния начал Н. С. Хрущев, который целенаправленно разрушал созданную генералиссимусом Сталиным эффективную систему контрразведывательного обеспечения деятельности руководства партии и спецслужб. Хрущевские действия сразу привели к негативным результатам – началу вербовки высокопоставленных представителей советских спецслужб еще при правлении Н. С. Хрущева (полковник ГРУ О. Пеньковский, протеже которого был генерал армии И. А. Серов – председатель КГБ СССР, затем начальник ГРУ ГШ СССР, один из наиболее близких соратников Н. С. Хрущева).

Однако выводов из негативной деятельности генерала армии И. А. Серова, снятого с должности и разжалованного, а затем и исключенного из рядов КПСС сделано не было. Ведь именно он реализовывал указания Н. С. Хрущева о прекращении контрразведывательного контроля за руководящими работниками КПСС. К сожалению, после отставки Н. С. Хрущева в 1964 году и исключения из КПСС в 1965 году И. А. Серова председатель КГБ СССР Ю. В. Андропов поставил в 1967 году вопрос лишь о создании 5-го управления. Почему-то позже не последовало аналогичной записки с предложением о создании специальной структуры в КГБ СССР, отвечающей за контрразведывательное обеспечение внутри высших органов управления КПСС (областных, республиканских, союзных)? Возможно, этот вопрос и ставился Ю. В. Андроповым перед ЦК КПСС, но не получил поддержки. Более того, в начале 70-х годов председателем КГБ СССР Ю. А. Андроповым были внесены предложения в Политбюро ЦК КПСС о прекращении даже разовых специальных проверок в отношении работников, представляемых на повышение, начиная от члена обкома партии. И это предложение

Ю. В. Андропова, скорее всего, инициированное верхушкой советской номенклатуры, было принято. Тем самым создавались объективные предпосылки для появления агентов влияния в высших сферах управления СССР. А ведь генералиссимус Сталин исправил ошибку последнего российского царя, допустившего назначение на посты ключевых министров Российской империи агентов влияния разведок зарубежных стран. В сталинском СССР после принятия ряда организационных мер такое стало невозможным. Однако Н. С. Хрущев вновь «раскрыл ворота» для проникновения МИ-6 и ЦРУ.

В отличие от нашей страны, где высокие партийные чины благодаря действиям Н. С. Хрущева стали ограждаться от «внимания» контрразведки, ФБР усилило контрразведывательный контроль внутри США. Известно, что в рамках своей деятельности ФБР осуществляет целый ряд так называемых прикладных расследований в своих целях, а также для других федеральных ведомств. Эти расследования проводятся в соответствии со специальными директивами президента или указаниям генерального прокурора (министра юстиции). Например, осуществляется тщательная проверка биографических данных и личных качеств кандидатов на ответственные должности в федеральных ведомствах. Короче говоря, политический сыск в Америке поставлен на широкую ногу и, надо сказать, достаточно надежно служит национальным интересам США.

Ошибки КГБ СССР проявились в выступлении председателя КГБ СССР В. А. Крючкова на закрытом заседании Верховного Совета СССР 17 июня 1991 года в Кремле и затем в ответах на острые вопросы депутатов. Я читал эти материалы. И был просто шокирован.

Во-первых, следует обратить внимание на то, что именно В. А. Крючков руководил внешней разведкой КГБ СССР в 1977 году и готовил эту записку. К тому времени он уже три года эту службу возглавлял.

Во-вторых, он не привел никаких данных о наличии последующих записок КГБ в ЦК КПСС по данной проблеме, из чего можно сделать вывод о том, что особого энтузиазма данная записка в ЦК КПСС не вызвала.

В-третьих, он ничего не сказал об ответе ЦК КПСС, который должен был дать главный идеолог того времени М. Суслов. Судя по всему, кампанию по очищению партийных рядов от «оборотней» М. Суслов начинать не стал.

В-четвертых, на вопрос одного из депутатов о том, что же сделано КГБ СССР по пресечению планов американской разведки, он ничего не ответил. В целом его ответы были достаточно общими и неконкретными.

В-пятых, В. А. Крючков, председатель КГБ СССР, ничего не сказал о работе 5-го управления, не смог представить результаты деятельности КГБ СССР по противодействию агентам влияния. А ведь работа-то проводилась большая. Большинство сотрудников 5-го управления честно и добросовестно выполняли свой долг.

Владимир Александрович Крючков (1924-2007) родился в г. Царицыне (ныне Волгоград). Начал карьеру рабочим-оборонщиком, но быстро перешел на комсомольскую, а затем прокурорскую и далее на дипломатическую стезю. После работы в посольстве СССР в Будапеште в 1954-1958 годах (под руководством Ю. В. Андропова) был переведен на работу в ЦК КПСС (также в подчинение Ю. В. Андропова), а в 1967 году стал помощником председателя КГБ СССР Ю. В. Андропова. Выдвиженец и «правая рука» Ю. В. Андропова, быстро двигался вверх по карьерной лестнице. С 1974 года – начальник ПГУ (внешняя разведка КГБ СССР). Обращаю внимание читателей на то, что его заместителем в ПГУ в течение пяти лет был генерал-предатель О. Калугин, осужденный за шпионаж (заочно) в 2002 году. С октября 1988-го – председатель КГБ, с 1989-го – член Политбюро, с 1990-го – член Президентского совета. Несколько раз встречался с директором ЦРУ Р. Гейтсом. В ходе ГКЧП бездействовал, хотя был его главным организатором. За участие в ГКЧП был арестован, обвинялся по статьям 64 («Измена Родине») и 260 («Злоупотребление властью») УК РСФСР. Амнистирован в 1994 году. Генерал армии в отставке. Владел немецким и венгерским языками. Автор пяти книг.

Таким образом, следует обратить внимание на то, что тройке американских режиссеров информационной войны: Д. Рокфеллеру, 3. Бжезинскому и Г. Киссинджеру – в 70-е годы, годы перелома в ходе информационной войны против СССР, противостояла тройка советских руководителей: главный идеолог КПСС М. А. Суслов, председатель КГБ СССР Ю. В. Андропов, начальник ПГУ (внешняя разведка) В. А. Крючков. Сразу же бросается в глаза то, что американские режиссеры были более образованными людьми, все они являлись докторами наук.

Агенты влияния сделали свое черное дело, внеся вклад в разрушение СССР. КГБ СССР оказался бессилен помешать зарубежным планам, даже зная о них, не смог организовать и провести мероприятия по пресечению плацев американской разведки. Почему так случилось? Ответ может дать независимое парламентское расследование специальной комиссии, включающей в себя представителей различных политических партий. Эту работу необходимо провести. Выводы должны быть сделаны, чтобы впредь не повторять ошибок. Следует расследовать и факт передачи секретной документации о достижениях советской технической разведки в новом здании посольства США в Москве председателем КГБ СССР В. Бакатиным послу США.

Как явствует из вышеприведенного документа 1977 года, американские спецслужбы ставили задачу внедрения «агентов влияния» прежде всего в сферу управления политикой, экономикой и наукой. Вероятно, не исключался и самый высокий уровень управления. В связи с этим привлекает к себе внимание фигура А. Н. Яковлева – главного идеолога перестройки, человека, чрезвычайно близкого к М. С. Горбачеву.

В 1983 году Ю. В. Андропов, будучи уже генеральным секретарем ЦК КПСС, вернул из Канады в Москву А. Н. Яковлева, и тот сразу же был назначен директором Института мировой экономики и международных отношений АН СССР по просьбе М. С. Горбачева, которого Ю. В. Андропов считал своим человеком.

В Москву А. Н. Яковлев вернулся вскоре после визита в Канаду секретаря ЦК КПСС Михаила Горбачева. А. Н. Яковлев быстро превратил Институт мировой экономики и международных отношений АН СССР в управляемый филиал «Совета по международным отношениям», разрабатывающий концепцию перестройки и гласности. Затем, в 1985 году, А. Н. Яковлев стал завотделом пропаганды ЦК КПСС. Именно по его предложению были назначены редакторы СМИ: «Советская культура», «Московские новости», «Известия», «Огонек», «Знамя», «Новый мир», которые развернули антигосударственную деятельность.

В 1988 году А. Н. Яковлев был назначен председателем Комиссии ЦК КПСС по вопросам международной политики, что не помешало ему принимать активное участие в публикации в СССР произведений А. Солженицына, А. Рыбакова и других авторов, дискредитирующих советскую власть.

Но ведь вот что любопытно. По свидетельству В. А. Крючкова, «начиная с 1989 года в Комитет госбезопасности стала поступать крайне тревожная информация, указывающая на связи Яковлева с американскими спецслужбами. Впервые подобные сведения были получены еще в 1960 году. Тогда Яковлев с группой советских стажеров… в течение одного года стажировался в США в Колумбийском университете»{22}. И что же предпринимал КГБ СССР начиная с 1960 года? Об этом нет открытой информации. Видимо, определенные усилия КГБ СССР предпринимались, иначе бы А. Н. Яковлев не был бы отправлен в Канаду.

В 1990 году КГБ СССР «как по линии разведки, так и по линии контрразведки получил из нескольких разных (причем оценивавшихся как надежные) источников крайне настораживающую информацию в отношении Яковлева. Смысл донесений сводился к тому, что, по оценкам спецслужб, Яковлев занимает выгодные для Запада позиции, надежно противостоит "консервативным" силам в Советском Союзе и что на него можно твердо рассчитывать в любой ситуации.

Но, видимо, на Западе считали, что Яковлев сможет проявлять больше настойчивости и активности, и потому одному американскому представителю было поручено провести с Яковлевым соответствующую беседу и прямо заявить, что от него ждут большего. Профессионалы хорошо знают, что такого рода указания даются тем, кто уже дал согласие работать на спецслужбы, но затем в силу каких-то причин либо уклоняется от выполнения заданий, либо не проявляет должной активности. Именно поэтому информация была расценена нами как весьма серьезная, тем более что она хорошо укладывалась в линию поведения Яковлева, соответствовала его практическим делам»{23}.

Довольно любопытную сцену описывает далее председатель КГБ СССР. «До сих пор, – пишет В. А. Крючков, – хорошо помню свою беседу с Горбачевым. Я показал ему информацию – агентурные сообщения, откровенно поделился опасениями, подчеркнул необходимость тщательной и срочной проверки. Нужно было видеть состояние Михаила Сергеевича! Он был в полном смятении, никак не мог совладать со своими чувствами. Немного придя в себя, он спросил, насколько достоверной можно считать полученную информацию. Я ответил, что источник, сообщивший ее нам, абсолютно надежен, но объект информации настолько неординарен, что весь материал нуждается еще в одной контрольной проверке. При этом я рассказал, что каналы и способы проведения необходимых проверочных материалов в данном случае имеются, и притом весьма эффективные, и всю работу можно будет провести в сжатые сроки. Горбачев долго молча ходил по кабинету. "Неужели это Колумбийский университет, неужели это старое?!" – вдруг вырвалось у него.

Спустя какое-то время Михаил Сергеевич взял себя в руки и, как всегда в таких случаях, начал не искать решение возникшей проблемы, а думать, как уйти от нее. "Возможно, с тех пор Яковлев вообще ничего для них не делал, – заглядывая мне в глаза, лепетал он, – сам видишь, они недовольны его работой, поэтому и хотят, чтобы он ее активизировал". Видя всю нелепость таких рассуждений, он снова надолго замолчал, о чем-то напряженно размышляя. "Слушай, – выпалил он вдруг с облегчением, – поговори сам напрямую с Яковлевым, посмотрим, что он тебе скажет" Признаюсь, я ожидал чего угодно, только не такого поворота.

Собираясь к Горбачеву, я заранее предполагал, что он будет увиливать, что ни на какое решение не отважится, а предложит, к примеру, подождать и посмотреть, что будет дальше, не поступят ли дополнительные сведения. Но чтобы все это "вывалить" самому Яковлеву! Я попытался сопротивляться, отвечал, что такого в практике еще не было, мы же просто предупредим Яковлева, и на этом дело закончится, до истины так и не докопаемся. Горбачев слушал мои возражения рассеянно, и я понял, что решение он уже принял. Было совершенно очевидно, что в случае отказа поговорить с Яковлевым Горбачев предупредит его сам».

Итак, М. Горбачев знал о «колумбийском» прошлом А. Яковлева, но, несмотря на это, выдвигал его и поддерживал. Знал об этом и председатель КГБ СССР, и что же было предпринято? Судя по всему – ничего. Но ведь можно предположить и то, что М. Горбачев просто приказал В. Крючкову прекратить любые оперативные мероприятия в отношении

Яковлева. «Колумбийцы» О. Калугин и А. Яковлев длительное время работали в высшем руководстве КГБ СССР и ЦК КПСС, находясь в оперативном контакте с западными спецслужбами. Ситуация, очень похожая на внутреннюю обстановку в царской России в годы Первой мировой войны. Ведь тогда агентами влияния других стран были два ключевых министра страны: министр иностранных дел Г. Сазонов и военный министр В. А. Сухомлинов. Вместе с тем следует обратить внимание и на предельную откровенность в мемуарах А. Крючкова, которая важна для понимания механизмов разрушения СССР.

Ни М. Горбачев, ни А. Н. Яковлев не были организаторами перестройки, которая полностью провалилась, завершившись распадом великой страны. Но провалилась она с точки зрения национальных интересов СССР. А вот с точки зрения ведения информационной войны против СССР операция «Перестройка» прошла очень успешно. Поэтому реальными архитекторами перестройки, видимо, следует назвать режиссеров-идеологов информационной войны против СССР: А. Даллеса, Дж. Кеннана, 3. Бжезинского, Г. Киссинджера.

А теперь, уважаемые читатели, вспомним о том, кто же стажировался вместе с А. Н. Яковлевым в Колумбийском университете в 1959 году. Да-да, именно он – Олег Данилович Калугин (1934, Ленинград) – бывший генерал-майор КГБ СССР, заочно осужденный за государственную измену и лишенный воинского звания по приговору суда в 2002 году.

Калугин получил в 2003 году американское гражданство, проживает в США. Потомственный чекист. Отец – выходец из крестьян Орловской губернии – с 1930 по 1955 год работал в НКВД-МГБ, где в его функции входила охрана руководящих деятелей Ленинграда. По окончании университета Калугин по собственной инициативе пошел на работу в КГБ. В 1958 году направлен на стажировку в Колумбийский университет (Нью-Йорк). По окончании учебы работал в Комитете по радиовещанию, а затем снова был направлен КГБ СССР в США сначала в качестве второго, а затем – первого секретаря советского посольства в Вашингтоне. Параллельно был заместителем резидента, позже – резидентом разведки в США. В 1972 году вернулся в СССР.

В 1974 году возглавил управление внешней контрразведки ПГУ КГБ СССР. В это же время внешнюю разведку возглавил В. А. Крючков.

В 1980 году переведен в Ленинград на работу заместителем начальника управления КГБ по Ленинграду и Ленинградской области. В 1987 году переведен в резерв КГБ СССР, написал М. Горбачеву письмо с обоснованием необходимости реформы органов КГБ, включая их деполитизацию и департизацию, ликвидацию системы политического сыска, строгую отчетность КГБ перед парламентом и гласное освещение многих аспектов его деятельности. В 1989 году по достижении пенсионного возраста генерал-майор Калугин был отправлен в отставку. Летом 1990 года выступил на конференции Демократической платформы в КПСС с заявлениями о деятельности КГБ. Начал давать многочисленные интервью советской и зарубежной прессе. 28 июня 1990 года КГБ СССР выступил с заявлением, в котором высказывания Калугина были названы клеветническими. Затем по представлению КГБ указом Президента СССР Калугин был лишен государственных наград, а постановлением Совета министров СССР лишен звания генерал-майора и других льгот. После ГКЧП Горбачев вернул ему утраченное звание.

В июле 1990 года вышел из КПСС, принимал участие в демократическом движении, выступал на массовых митингах в Москве. В октябре 1990 года участвовал в учредительном съезде движения «Демократическая Россия». Летом 1990 года после сложения Иваном Полозковым полномочий народного депутата СССР Калугин включился в предвыборную борьбу за освободившуюся вакансию и стал народным депутатом СССР от Краснодарского края. Победить на выборах ему во многом помогла группа поддержки, в которую вошли такие популярные политические деятели, как экономист Татьяна Корягина, бывшие следователи Николай Иванов и Тельман Гдлян. В ходе предвыборной кампании к борьбе против кандидатуры Калугина был привлечен сотрудник КГБ Олег Туманов, в свое время внедренный в русскую службу радио «Свобода – Свободная Европа», который обвинил экс-генерала в предательстве.

В августе 1991 года Калугин узнал о попытке государственного переворота за несколько часов до его начала от своих бывших коллег, созвонился, по его словам, с Александром Яковлевым и затем отправился в «Белый дом».

А вот выдержки из интервью А. А. Соколова, опубликованного в «Независимой газете» 12 апреля 2002 года под заголовком «Калугин предложил свои услуги ФБР в конце 50-х годов».

Владимир Малеванный

Из досье «НВО». Александр Александрович Соколов родился в 1931 году в г. Гомеле (Белоруссия). Окончил юридический факультет МГУ им. М. В. Ломоносова, а также школу контрразведки и разведывательную школу (ныне – Академия внешней разведки СВР). Работал в КГБ СССР с 1955 по 1978 год, в 1966-1971 годах – в вашингтонской резидентуре советской разведки под прикрытием секретаря посольства. Полковник в отставке. Автор книги «Суперкрот ЦРУ в КГБ» (1999 год).

Но все-таки в конце 1979 года Калугина не уволили из органов, а перевели в Ленинград, и некоторые сотрудники полагали, что его готовят на руководящую должность в КГБ. Чем это было вызвано?

На этот вопрос ответить весьма сложно, хотя формально все вроде бы понятно. К этому времени Калугин стал разрабатываться по подозрению в шпионаже в пользу США, его увольнение затруднило бы разработку. Да и повод подвернулся вовремя – контрразведчики зафиксировали посещение им сауны с женщинами легкого поведения. Дело приобрело скандальный оттенок. Оставлять его в Москве было нельзя. Решение принимал Андропов, который на основании материалов разработки убедился, что Калугин – агент ЦРУ. На возражения начальника разведки Владимира Крючкова против перевода в Ленинград председатель КГБ ответил категорическим отказом, сказав, что решение принято.

И добавил: «Со временем ты тоже придешь к выводу о его правильности». Видимо, Андропову нужно было «запрятать» засветившегося в шпионаже Калугина.

Но почему именно Ленинград? Разве ленинградские чекисты работали лучше московских?

Ленинградские контрразведчики работали неплохо. Но многие вопросы остаются без ответа до сих пор. К примеру, генеральным консулом США в Ленинграде в 1984 году был установленный разведчик – сотрудник советского отдела ЦРУ Майкл Гривский, данные на которого наша разведка получила в 1975 году и информировала об этом контрразведку.

Однако американский отдел контрразведки в Москве об этом не знал, и поэтому Гривского как разведчика в Ленинграде не разрабатывали, что крайне негативно сказывалось на результатах. Калугину Гривский был известен, и скорее всего именно он поддерживал связь с ним в Ленинграде. Конспиративный вылет Калугина вместе со своей любовницей на Канарские острова стал известен лишь спустя несколько месяцев. Складывается впечатление, что кто-то «помогал» разрабатывать Калугина.

После прочтения данного интервью автора книги «Суперкрот ЦРУ в КГБ» вопросов становится больше, чем ответов.

Так, один из руководителей советской разведки О. Калугин подозревался в измене. Председатель КГБ СССР Ю. В. Андропов, написавший в 1977 году записку в ЦК КПСС об агентах влияния, убедился в том, что О. Калугин – агент ЦРУ.

Но вместо ареста генерал Калугин направляется в Ленинград, где еще 7 лет является заместителем начальника управления КГБ по Ленинграду и Ленинградской области. Возможно, что этот перевод был элементом большой оперативной игры, нестандартной комбинацией для выявления других агентов влияния? Вопрос пока остается открытым…

В этот период времени в Ленинграде первым секретарем обкома КПСС (с 1970 по 1983 год) был Григорий Александрович Романов (1923-2008). В 1983-1985 годах он – секретарь ЦК КПСС. Именно Романов рассматривался как реальный претендент на пост генерального секретаря ЦК КПСС после смерти Ю. В. Андропова, как представитель сталинистов-государственников. Однако в результате политической борьбы был избран нейтральный, неизлечимо больной К. У. Черненко, следом за которым к власти пришел выдвиженец троцкистов-глобалистов М. С. Горбачев, сделавший ставку на развал СССР.

В середине же 1980-х Григорий Романов считался главным соперником Михаила Горбачева в борьбе за пост генерального секретаря ЦК КПСС. Отметим, что Григорий Романов считался сильным политическим игроком еще до появления Михаила Горбачева в Москве. Западные советологи считали Г. Романова возможным преемником Леонида Брежнева еще в конце 1970-х годов. В те годы про Г. Романова был кем-то запущен слух, который сейчас расценивается как классический пример черного пиара: якобы первый секретарь ленинградского обкома с размахом справлял свадьбу своей младшей дочери в Таврическом дворце, а в разгар праздника, выпивая за здоровье молодых, гости расколотили антикварный сервиз из Эрмитажа.

После прихода к власти М. Горбачева эта история снова выплыла наружу, но никаких достоверных подтверждений этому найдено не было. Таким образом, эти наветы были клеветой, которая распространялась, скорее всего, ЦРУ и МИ-6 с целью дискредитации Г. Романова. Возможно, именно этим и занимался агент ЦРУ, но одновременно и заместитель ленинградского управления КГБ СССР О. Калугин.

По утверждению очевидцев событий середины 1980-х годов, победа Григория Романова означала бы принципиально другой сценарий для нашей страны. СССР под руководством Г. Романова пошел бы по китайской модели развития и только усилился бы.

В марте 1985 года М. Горбачев стал генеральным секретарем ЦК КПСС, а 1 июля 1985 года Г. Романов был выведен из состава политбюро ЦК КПСС и отправлен на пенсию «по состоянию здоровья». После этого Г. Романов в активной политической деятельности замечен не был.

Как же работал О. Калугин в Ленинграде? Об этом красноречиво рассказывает в своей книге «КГБ – ЦРУ: секретные пружины перестройки», изданной в 1997 году, заместитель начальника советской контрразведки генерал-майор В. С. Широнин.
26.11.2018

Игорь Панарин
Источник: http://allconspirology.org/books/Igor--Panarin_Pervaya-mirovaya-informatsionnaya-voyna--Razval-SSSR/9




Обсуждение статьи



Ваше имя:
Ваша почта:
Комментарий:
Введите символы: *
captcha
Обновить

Вверх
Полная версия сайта
Мобильная версия сайта