Виктор Гринкевич: Российская элита должна служить только России (01.02.2019)

Сразу две недавние новости заставляют нас вновь обратиться к теме элит, которая становится в современной России одной из ключевых в политической повестке. Сначала было громкое и показное задержание сенатора Рауфа Арашукова прямо в зале заседаний Совета Федерации с участием генпрокурора Юрия Чайки и руководителя Следственного комитета Александра Бастрыкина. К вечеру того же дня Совет Федерации одобрил закон, согласно которому Генеральная прокуратура получит доступ к данным о наличии у российских чиновников иностранных вкладов и сбережений.
Случай с сенатором – всего лишь частный случай санации государственного аппарата, к которому в российской истории высшее руководство страны прибегало неоднократно. Здесь мы имеем дело, во-первых, с незаконной экономической деятельностью в форме бандитизма, а во-вторых – с попыткой представителя региональной элиты унаследовать свое привилегированное положение. Известно, что параллельно в Санкт-Петербурге задержали отца сенатора — Рауля Арашукова — советника гендиректора компании «Газпром межрегионгаз» и главного виновника успешной карьеры своего сына.

Причиной репрессий верховной власти против правящего сословия всегда являлось присущее последнему стремление превратить временные, пожалованные на условиях службы, привилегии в наследственные, как и произошло с сенатором от Карачаево-Черкессии. «Привилегии имеют половину цены, если их нельзя оставить в наследство детям», — говорил с критикой царской элиты еще Лев Троцкий. Именно эти болезненные тенденции пресекает российское государство.

Широкое использование, начиная с эпохи Киевской Руси и вплоть до падения самодержавия в 1917 г., в качестве вознаграждения за службу земельных пожалований превращало политическую элиту России — изначально служилый, полностью подотчетный царю, класс — в землевладельческую касту, новых феодалов, обязанных своим положением не службе, а наследству. Это одновременно вредило «рейтингу» царя в народе, и подрывало управляемость всего государственного аппарата. Потребность же в многочисленном служилом сословии в условиях непрекращающегося геополитического давления и дефицита ресурсов периодически вынуждали верховную власть осуществлять кардинальную реорганизацию правящего слоя.

В нашем случае эта реорганизация не достигла масштабов опричнины или комиссарской диктатуры лишь потому, что в советские времена был накоплен огромный запас прочности системы. Но по мере ужесточения внешней агрессии и ухудшения экономической ситуации выход будет находиться именно в таких методах. Причем в первую очередь под прицел справедливо попадет не экономическая элита, а высшая государственная, облеченная рядом полномочий и привилегий.

С экономической элитой – разговор другой, если она не пытается агрессивно вмешиваться в государственные дела. Бизнес – это производящее сословие, с которым мудрый политик будет обходиться как рачительный пасечник со своими пчелами. Он будет создавать самые благоприятные условия, чтобы они давали больше меда, а чиновников и силовой аппарат заставит первыми эти условия создавать. В крайнем случае, если крупный капитал претендует на превращение в олигархию, то есть в замкнутое государствообразующее сословие, его представителей высылают за рубеж. Это логично и понятно, потому что у созидающей прослойки хозяйствующих субъектов не должно быть страха. Чего нельзя сказать о бюрократической элите, кормящейся из рук государя и обязанной постоянно помнить о возможной «реорганизации». Именно для таких целей была создана в свое время такая организация, как Общероссийский народный фронт, в зачаточном состоянии представляющий социальную модель привлечения царем на свою сторону народа (неэлитарных групп) для противостояния распоясавшимся боярам (правящей бюрократии).

Для возможной полномасштабной чистки все необходимые институты давно созданы. Неумеренную и забывшую о служении элиту спасает, как мы говорили в предыдущих статьях, лишь большой запас прочности государства и искренняя ориентация президента на эволюционное развитие страны, без перегибов и репрессии. Но в критической ситуации, можно не сомневаться, для резкого увеличения эффективности государственного аппарата и повышения народной поддержки к таким методам обязательно обратятся.

На полях пометим, что исторически первым прецедентом использования специального репрессивного аппарата в ходе внутриэлитного конфликта с широкой поддержкой масс можно считать опричнину Ивана Грозного. Выделение казнокрадства чиновников в особую категорию дел началось в XVII в. Первым институционально оформленным органом специального назначения стал Приказ тайных дел, или Тайный приказ, созданный царем Алексеем Михайловичем. Однако Тайный приказ не был узкоспециализированным органом и его задачи не были исключительно контрольными и репрессивными; поставленный над другими государственными учреждениями функционально он действовал как личная канцелярия государя.

Первый специализированный орган политического сыска — Преображенский приказ, был создан Петром I, поставившим во главе приказа Федора Ромодановского, одного из наиболее доверенных сотрудников Петра, выделявшегося из когорты петровских птенцов своей неподкупностью. Начиная с 1718 г. функции надзора над элитой начинает осуществлять Тайная канцелярия, расширившая сферу компетенции после выполнения своей непосредственной миссии до осуществления функций политического сыска на территории новой столицы (отметим, что попытки существенно расширить свои полномочия и сделать их источником заработка были присущи и «специальным службам», что всегда понимал царь и во время ограничивал политический вес своих таких групп).

При Екатерине II Тайная экспедиция получила особое развитие в связи с восстанием Емельяна Пугачева и появлением попыток дворцовых (или государственных) переворотов и первыми открытыми выступлениями контрэлиты (Александр Радищев и Николай Новиков).

В 1930-50 гг. контроль за правящим слоем в СССР приобрел тотальный характер. Это во многом объяснялось необходимостью тотального контроля над элитой в тяжелых внешнеполитических условиях и при экономической мобилизации. Причем именно политическая элита советского общества — партноменклатура — стала приоритетным объектом контроля НКВД. Мало изменилась ситуация даже в 90-е, когда появлялись многочисленные жалобы сотрудников аппарата властных структур на постоянное прослушивание служебных помещений и телефонных разговоров Службой безопасности президента в тот период, когда ее еще возглавлял Александр Коржаков.

При этом репрессивный аппарат, будучи наделен обширными полномочиями с целью эффективного контроля за правящей средой, не чужд собственным властным стремлениям и не прочь выйти из-под контроля верховной власти. Это тоже понимает действующий президент Владимир Путин, поэтому держит нынешних Федора Ромодановского и Малюту Скуратова (Бастрыкина и Чайку) подальше от каналов самостоятельного политического влияния.

***

Вторая новость дня – о доступе к данным чиновников об их иностранных вкладах и сбережениях – это ровно о том же. Высшее служилое сословие должно заниматься служением народу и выполнять доверенные им функции, необходимых легальных средств и привилегий для этого у них достаточно.

В то же время они не должны впадать в зависимость от внешних субъектов и транснациональной элиты. Это другая опасная тенденция XXI века, когда почти в каждом не отгороженном от мира государстве зарождается и расцветает то самое «глубинное государство» (англ. deep state), с которым с относительным успехом борется американский президент Дональд Трамп. Это власть транснациональной финансовой элиты, которая претендует на контроль над всем государством, создавая параллельную иерархию своего влияния. Это банковские, монетарные, страховые и прочие организации финансового сектора, замкнутые в той или иной мере на внешнее управление. Условно говоря, это те пчелы, чьи ульи и пасечники находятся далеко за пределами близлежащей местности. Тенденция, если последние одержат верх над местными «пчелами», очень тревожная.

Хотя бы в отношении чиновников этому будет положен конец. Закон вступит в силу через 180 дней после официальной публикации — 1 июля 2019 года. Федеральным чиновникам и госслужащим, включая депутатов и сенаторов, запрещено будет иметь иностранные счета и хранить деньги в зарубежных банках. Инициативу внес президент России Владимир Путин еще в октябре 2018 года.

Репрессиями это назвать очень трудно. Президент лишь возвращает своих чиновников себе, памятуя известную библейскую истину: «где сокровище ваше, там будет и сердце ваше». Богатства, сердца и мозги российской элиты должны служить только России!
/ Мнение автора может не совпадать с позицией редакции /
01.02.2019

Виктор Гринкевич
Источник: https://izborsk-club.ru/




Обсуждение статьи



Ваше имя:
Ваша почта:
Комментарий:
Введите символы: *
captcha
Обновить

Вверх
Полная версия сайта
Мобильная версия сайта