Егор Холмогоров: Русская нация едина в своей истории (08.09.2018)

«Россия является старейшим национальным государством Европы» – отмечал выдающийся русский публицист и политический мыслитель И.Л. Солоневич в своей работе «Народная монархия». Чтобы понять это кажущееся на первый взгляд парадоксальным утверждение нужно, прежде всего, понять, что такое «национальные государства Европы».

IX-XI века были периодом образования в Европе государств и наций, большинство из которых непрерывно или с перерывами просуществовали до нашего времени. Англия, Франция, Польша, Чехия, Венгрия, Дания, Швеция, Норвегия, Сербия, Хорватия, Португалия появились на карте именно в этот период. Чуть раньше появилась на границах Византии Болгария, которая в эту эпоху сперва утратила, а затем восстановила свою самостоятельность.

В составе Священной Римской Империи оформились королевства Германия и Италия, хотя и не достигавшие настоящего политического единства. На севере Иберийского полуострова христиане Леона и Кастилии вели реконкисту у мавров, подготавливая появление Испании.

Из крупных европейских держав, возникших в эту эпоху, не дожила до нашего времени лишь одна – это Сицилийское королевство, созданное норманнами на юге Италии, — оно не смогло выработать собственной нации, которая не была бы итальянской, и окончательно прекратило своё существование в XIX веке, пав по ударами краснорубашечников Гарибальди.

 

Новых государств и наций в Европе за следующее тысячелетие тоже возникло совсем не много, особенно если не брать в расчет Балканы, перепаханные после падения Византии многовековым османских игом.

Если бы мы взглянули на карту Европы в XVI или даже в середине ХIХ века, мы, конечно, не увидели бы значительной части этих возникших в Х веке государств. Многие из них были поглощены большими империями — Османской, Австрийской, Российской, Германской, тем удивительней, что в ХХ веке номенклатура европейских государств почти вернулась к Х веку. Возникшие тогда этнополитические реальности оказались невероятно устойчивыми. Большинство возникших тогда государств и наций стремились вернуться к своему «превозданному» состоянию.

 

Взрывной европейский политогенез IX-XI вв., приведший к долгосрочной исторической стабильности политического и этнического пейзажа Европы, отличался от этногенетических процессов предыдущей эпохи Великого Переселения Народов тем, что одновременно, синхронно и в связке друг с другом образовывались этносы и государства. Даже если эти государства называть «примитивными» и «протонациональными», всё равно их двусторонняя связь с определенным народом давала как политической, так и этнической системе долгосрочную устойчивость.

По сути именно к этому «Великому Происхождению Народов» мы можем относить формирование тех исторических феноменов, которые мы сегодня называем нациями.

Для этих наций характерны:

а). совпадение этнической и политической идентичности,

б). продиктованная историей уверенность в том, что крупная этническая общность должна обладать собственной политической организацией,

в). стремление к признанию себя другими такими же нациями в качестве равноправного политического субъекта.

Кажущиеся нам само собой разумеющимися, эти характеристики нации оказываются, на деле, гораздо менее тривиальными, чем мы привыкли думать и за пределами Европы практически не встречаются. В Америке, Азии, Африке под крышкой более-менее единой политической организации, «гражданской нации», оказывается сборная солянка этносов, религиозных групп, каст, стоящих на разном уровне экономического, образовательного и культурного развития. От того, что их называют на европейский манер «нациями» дело не меняется.

 

Государства-нации это определенный исторический феномен, возникший в Европе между IX и XI веками, окончательно оформившийся к раннему новому времени, а в XVIII-XIX веке закрепленный выработанными идеологиями национализма. Эти нации практически элиминировали, вобрав в себя и ассимилировав, большинство иноэтнических и субэтнических групп, которые не принадлежат к другим однопорядковым нациям.

Если вы не стали нацией к концу XI века, пополнить этот элитный клуб даже в границах Европы вам будет сложно — кооптирование новых членов штучное явление и такие новые нации, за редким исключением, довольно неустойчивы.

Нации за пределами этого ареала иногда более, а чаще всего – менее, успешно подражают европейскому образцу, считая его залогом успеха. При этом трудно сказать, может ли в самом деле стать нацией неевропейская этно-политическая общность. Даже американцам в США это, строго говоря, не удалось — попытавшись возникнут американцы к началу XXI века успешно произвели самодеконструкцию по расовым и лингвистическим признакам.

Зато можно сказать с оппределенностью — в высшей степени сомнительно, что европейская этно-политическая общность может перестать быть нацией без того, чтобы не оказаться на пороге самоуничтожения.

Попытки современных обществ Западной Европы уничтожить государственные суверенитеты в рамках наднациональной бюрократической структуры – Евросоюза, запретить себе  как форму политического мышления, принудить сообщества своих граждан к толерантности, мультикультурности, отказу от национальной, конфессиональной и расовой исключительности, ведут лишь к тяжелейшему психологическому кризису. Это покушение на нации порождает закономерную реакцию в виде поднимающейся в европейских странах волны «идентитаризма», то есть защиты традиционных европейских ценностей.

Европейские человеческие сообщества ощущают – отказ от себя в качестве наций будет равнозначен для них отказу от самого своего существования. Слухи о смерти европейских наций кажутся, пока, сильно преувеличенными – и если таковая воспоследует, то она будет насильственной и не без сопротивления.

Всё вышесказанное напрямую касается и русской нации.

 

«Именно в IX-X вв. формировалась новая политическая и этническая карта Европы, существующая в основных чертах до наших дней. И, следовательно, формирование Руси было составной частью этого общеевропейского процесса» — отмечает А.А. Горский (Возникновение Руси в конце европейского политогенеза конца I тыс. н. э. // А.А. Горский. «Бещисленыя рати и великие труды…». Проблемы русской истории X-XV вв. СПб., Изд-во Олега Абышко, 2018, с. 14).

Наша -государство сформировалась в рамках той же самой волны этно-полито-нацие-генеза, что и другие нации-государства Европы.  возникли в IX-XI веках на той же территории, где проживают и по сей день. Государство с названием от корня Рус/Рос непрерывно существует с IX века хотя бы на части своей первоначальной территории (оно не прерывалось даже в советский период, когда частью СССР была «Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика»).

 

То, что другие, в том числе и очень важные части территории этого государства на определенные периоды, порой весьма длительные, оказывались юридически или фактически за пределами этой государственности, как, к примеру, Киевская Земля (1362-1654, 1917-?), ничего принципиально не меняет. Те или иные территории нациями-государствами утрачиваются навсегда или на время, могут происходить более-менее длительные политические расколы, как между Германией и Австрией, Сербией и Черногорией, однако сами нации продолжают существовать.

В истории России и русских никогда не было полной утраты политической самостоятельности и самоуправления – монгольские ханы обладали над частью Руси лишь верховным сюзеренитетом. Этим история русской нации отличалась от истории Польши, Литвы, Чехи, Сербии, Венгрии, Италии, Португалии, Швеции, Норвегии чья политическая самостоятельность упразднялась полностью или оставалась чисто номинальной в рамках межгосударственных уний.

 

Единственная попытка включить Россию в систему такой унии, навязав ей власть польского принца Владислава Вазы (1610-1613) немедленно привела к ожесточенному сопротивлению русской нации, созданию двух ополчений – Прокопия Ляпунова и Минина и Пожарского, которые изгнали поляков из Москвы и возвели на престол природного русского царя.

При этом развитие русского национального самосознания оказалось чрезвычайно быстрым. Русские — не просто одна из старых наций-государств Европы. В некотором смысле она является старейшей – уже в IX веке, представляясь ко двору франкского императора Людовика русские послы использовали дипломатическую формулу «мы от рода Русского».

В XI веке понятие о Русской Земле и русском народе становятся нормативными для богословской и исторической литературы Руси. В этот период национальное самосознание большинства европейских народов еще сильно отставало от русского. Вот, к примеру, как митрополит Иларион Киевский около 1050 года говорит о славе и единодержавии Руси при Владимире Крестителе.

Похвалимъ же и мы, по силѣ нашеи, малыими похвалами великаа и дивнаа сътворьшааго нашего учителя и наставника, великааго кагана нашеа земли Володимера, вънука старааго Игоря, сына же славнааго Святослава, иже въ своа лѣта владычествующе, мужьствомъ же и храборъствомъ прослуша въ странахъ многах, и побѣдами и крѣпостию поминаются нынѣ и словуть. Не въ худѣ бо и невѣдомѣ земли владычьствоваша, нъ въ Руськѣ, яже вѣдома и слышима есть всѣми четырьми конци земли.

Сии славныи от славныихъ рожься, благороденъ от благородныих, каганъ нашь Влодимеръ, и възрастъ и укрѣпѣвъ от дѣтескыи младости, паче же възмужавъ, крѣпостию и силою съвершаяся, мужьствомъ же и съмыслом прѣдъспѣа. И единодержець бывъ земли своеи, покоривъ подъ ся округъняа страны, овы миромъ, а непокоривыа мечемь.

Субъектом нашего национально-политического развития от IX до XXI века был и остается русский народ. Нет, на наш взгляд, необходимости вводить искусственное разделение «древнеруского народа» и «современных русских».

 

Жители Древней Руси были теми же русскими на предыдущих этапах исторического развития. И напротив, так называемые «великороссы» – это просто русские (к примеру, значительная часть жителей Волго-Окского междуречья были переселившиеся с Юга обитатели Киевской Земли, перенесшие на новое место даже старую топонимику Киевской Земли). Русские Северной Руси удержали за собой значительную часть территории Русского государства в эпоху глобальных геополитических катаклизмов XIII века, сохранили там структуры политической власти и цивилизации, а затем сумели восстановить в почти полном виде первоначальную территорию, да еще и присоединить к ней обширные земли Урала, Сибири и Южных Степей.

Так называемая теория «этногенеза великороссов» является примером этнологического и антропологического, не говоря уж об историческом, абсурда. Берутся одни и те же жители северо-восточной Руси, говорящие на одном и том же языке, имеющие одну и ту же культуру, одну и ту же политическую систему (князья из рода Рюриковичей), одну и ту же религию, одно и то же самосознание и самоназвание… И, при этом, в XII веке они — «древнерусская народность», а в XIV веке — «великороссы» или «русские».

Самое абсурдное, что неким якобы сепаратным от древнерусского народа этносом они становятся… после массового исхода на Северо-Восток Руси представителей древнерусского народа из под Киева. Южнорусский исход был настолько основательным, что он сменил топонимику Северо-Востока.

Если вспомнить, что представители древнерусского народа из под Киева считаются в тех же историографических построениях «протоукраинцами», то получается следующая модель: Часть древнерусского народа, слившись с мигрировавшими протоукраинцами наконец-то отделилась от протоукраинцев и стала великороссами.

При этом возникает вопрос об этническом статусе новгородцев между тем моментом, когда великороссы превратились из древнерусов и моментом, когда новгородцев присоединили к великороссам. Сейчас новгородцы и их потомки несомненно великороссы, но в XIV веке они великороссами быть не могли, так как согласно теории великоросского этногенеза не проживали на территории где этот этногенез проходил. Кем же тогда были новгородцы? Новгороссами? Реликтовыми древнерусами? Новгородопротоукраинцами? Новгобелорусами?

Вся теория великорусского этногенеза, отрывающая русских от древнерусской стадии — это ахинея от начала до конца. Цель этого жульничества очень простая.

1. Поставить великороссов в «равноправное» положение с народностями, этногенез которых точно относится к периоду не ранее XIV века — украинцами и белорусами. Потому что если зафиксировать этногенез только этих двух народов, то получится, что великороссы это тот самый ствол, от которого они отпочковались и имеют на право считаться русскими in se куда больше прав. Теория этногенеза великороссов это «аффирмативная акция» по позитивной дискриминации русских в пользу украинцев.

2. Переоформить на украинцев прямое генетическое происхождение от древних русских и сконструированной с той же целью «Киевской Руси», представив дело так, что именно они на юге преемственно развивались, а москали куда-то там на север отошли и там мутировали.

То есть никакого смысла кроме утверждения интересов украинцев концепция великорусского этногенеза не имеет. В этом смысле русские, конечно, представляют собой уникальный пример народа, теория происхождения которого во всевозможных академических изданиях, включая основополагающий том главного академического института, полностью подчинена этническим и политическим интересам другого этноса. Справедливости ради, «попсовые» концепции этногенеза русских сейчас это концепции этногенеза древней русской народности, а никакого этногенеза великороссов «школьные презентации» кажется вовсе не знают и учебники у нас нормальные — от Сунгири и Восточных славян, но проблемы академической абсурдистики.

И малороссы и белорусы на деле являются составными частями русского народа, между ними и т.н. великороссами нет никаких принципиальных естественно возникших отличий. Если речь заходит о том, что они являются «отдельными нациями» — существующими ли издревле (как настаивают украинские националисты) или образовавшимися в результате распада древнерусского народа (как полагали советские историки), то мы имеем дело с искусственным навязыванием части русских людей дополнительной идентичности, которая, к тому же, пытается подменить основную. Малороссов пытаются убедить в том, что они «», отдельная нация, едва ли не старшая русских, белорусов пытаются склонить к тому же, хотя и значительно менее энергично.

Ничего удивительного в попытке такой подмены нет. Конструирование наций «второго порядка» происходит в Европе постоянно, особенно в зонах, где существуют лимитрофные этно-культурные группы с неоднозначным политическим статусом. Своеобразие политического пути такой группы в тот или иной период порождает тезис о её национальной особенности – именно так получилось с той частью немцев, которая создала Австрийскую Империю, а её воссоединению с Германией в ХХ веке помешали исторические обстоятельства, так получилось с той частью сербов, которые сплотились в борьбе против турок под властью Черногорских митрополитов и создали отдельное государство.

 

Западные части русской нации существовали под властью Польши и Литвы с XIV по XVIII век, подвергались интенсивному культурному воздействию (ополячиванию, окатоличиванию), и за период до воссоединения с большинством русской нации сформировали собственные своеобразные культурные и политические институты, ориентированные на выживание во враждебном окружении. Всё это разумеется могло послужить основой для попыток изобретения на их основе отдельных наций.

Приобретенные за период исторических зигзагов исторические особенности и опыт и в самом деле служат серьезным соблазном, для того, чтобы объявить испытавшую их часть народа отдельной нацией и «доконструировать» дальнейшее – сформировав искусственный язык, «вымучив» подобие оригинальной высокой культуры, накопив вагон обид по отношению к той части нации, исторический путь которой оказался столбовым.

Долгосрочно эти нации второго порядка оказываются нежизнеспособными – будучи в положении «опоздавших» к Великому Происхождению Народов они вынуждены всё время пытаться доказать «исконность» своего существования и то, что они не такие, как ведущая нация. Жизнь-вопреки, вместо нормальной исторической жизни, поглощает все силы такого сообщества и, когда исторические обстоятельства становятся неблагоприятными его независимости, оно поглощается основной нацией вновь (впрочем до конца элиминировать такую общность и её сепаратистское самосознание до конца так же вряд ли возможно – однако это не повод перед ним капитулировать). Украинский (и, в меньшей степени, белорусский) вопрос будет сопровождать русскую нацию еще долго, то обостряясь, как сейчас, то затухая. Однако основного хода русской истории он изменить не может. Русская нация будет развиваться как единый исторический и этнополитический организм.

 

Итак, обозначим наши исходные тезисы:

1. Русская нация является одной из древнейших наций-государств, сформировавшихся в Европе в эпоху «Великого Происхождения Народов» (IX-XI вв.).

2. Форма наций-государств является органичной для возникших в этот период этно-политических сообществ Европы, вне которой они, без угрозы саморазрушения, существовать не могут (и напротив, заимствование этой формы другими этно-политическими сообществами за пределами Европы не всегда является органичным и создает для них ряд трудностей).

3. Русская нация-государство непрерывно существует в качестве этнической и политической общности с IX века, являясь одной из наиболее успешных наций-государств Европы, не только сохранявшей во все эпохи свою самостоятельность, но и сумевшей значительно расширить свою первоначальную территорию.

4. Русская нация едина в своей истории. Зигзаги исторической судьбы тех или иных русских групп (прежде всего малороссов и белоруссов) должны не исключаться из русской истории и не объявляться историями отдельных наций, а рассматриваться наравне с основным потоком русской истории как устремленные к национальному единству.

08.09.2018

Холмогоров Егор

Источник: http://zavtra.ru/blogs/russkie_i_velikoe_proishozhdenie_narodov




Обсуждение статьи



Ваше имя:
Ваша почта:
Комментарий:
Введите символы: *
captcha
Обновить

Вверх
Полная версия сайта
Мобильная версия сайта