Adam Garrie (Eurasi/Future): Синдром Петра Великого: Российская катастрофа (20.02.2019)

Петр Великий превратил Русь в Российскую империю после Ништадтского договора, положившего конец конфликту России и Швеции во время Северной войны. Среди земель, которые формально стали частью России после 1721 года, можно выделить бывший шведский форт в Ниеншанц. Именно там, еще в 1703 году, царь Петр задумал создать новую столицу России, Санкт-Петербург.
Северная война сильно повлияла на Петра. Прежде всего, Россия расширила свои территории в европейском направлении. А земли, возвращенные Россией из Речи Посполитой, начиная с Андрусовского перемирия 1667 года, были как исторически русскими, так и населенными славянскими народами, которые во всех смыслах несли с собой элементы русской культуры, даже под властью католической Речи Посполитой.

Но, расширив российскую территорию до современной Финляндии, Эстонии и Латвии, Россия буквально присоединилась к Европе, далекой от славянских культурных традиций и истории. Петр потратил немного времени на европеизацию русской культуры. Архитектура Санкт-Петербурга во многом обязана влиянию центральной и северной Европы, Петр также вынудил свое, в основном, разгневанное дворянство одеть европейскую одежду, принять обычаи и выучить французский язык в качестве придворного языка. Петр зашел так далеко, что облагал налогами тех, кто отказывался брить бороды.

Хотя Петра помнят как успешного правителя, поскольку он расширил российскую территорию, создал империю и построил новый величественный город, но, с точки зрения менталитета, который он привил России, наследие Петра - открытый вопрос.

Александр III – полная противоположность Петра. Александр III хорошо понимал важность того, что сегодня называют «глобальным Югом». В то время, с точки зрения культуры,  Александр III активно пропагандировал русский язык, русскую православную церковь, русскую литературу и русскую музыку. Во многих отношениях царствование Александра III было возрождением национального искусства. Например, Александр III заменил Итальянскую оперу музыкой Чайковского как официального искусства Российской империи, а также поднял Чайковского до статуса де-факто национального композитора. К 1880-м годам Чайковский считался оплотом русской культуры в стране и за рубежом.

Сегодня Россия – больше не царское и не коммунистическое государство. Таким образом, россияне могли изучить свои отношения с лидерами как царской, так и советской эпох. Вопрос об идентичности России как евразийской или сугубо европейской был бы простым, если бы не враждебность многочисленных западных государств, которые сделали его главным и зачастую болезненным.

Хотя большая часть России никогда не была культурно, духовно или географически европейской, потому что Санкт-Петербург и Москва - два наиболее влиятельных центра современной России, многие из российской элиты склонны считать себя, в первую очередь, европейцами. Это привело к глубокому метафизическому кризису: последние несколько лет доказали, что вековые тенденции Европы, которые создают теории заговора о России и русских, столь же заметны в 2018 году, как и прежде.

В то же время у России хорошие отношения с Китаем, Турцией, Ираном, Индией, Пакистаном, Кореей, с большей частью Арабского мира, с Центральной Азией и с большей частью Юго-Восточной Азии и Африки. Таким образом, многие россияне оказались в ловушке: те территории, к которым русские питают уважение из-за желания, в стиле Петра, стать европейцами, - не в приоритете.

По большей части именно современная российская элита виновата в негативном отношении западных держав к России. Точно так же, как некоторые хищные животные чувствуют слабость потенциальной добычи, так и западные лидеры знают о желании российской элиты получить швейцарские банковские счета, собственность в Нью-Йорке, Лондоне и Париже. Западные лидеры знают Ахиллесовы пяты сороконожки, то есть российской элиты.

Если бы вместо того, чтобы мечтать о том, чего жаждал Петр Великий, русские решили считать государство азиатской сверхдержавой с европейскими чертами в самых западных регионах, то обычным русским было бы гораздо лучше в экономическом и психологическом плане.

Если бы Россия сосредоточилась на строительстве городов с продуктивностью Китая, не было бы даже необходимости обсуждать повышение пенсионного возраста по европейскому стилю. Если бы Россия сосредоточилась на создании рабочих мест как в Азии, у молодежи не было бы времени заниматься дегенеративной деятельностью, мечтая о бандитизме как о способе выживания. Если бы Россия объединила эти возможности с системой социального кредита и безопасности как в Китае, был бы здоровый баланс между социальной свободой и социальным порядком.

Это не значит, что Россия не должна торговать с Западом. В идеале каждая страна должна торговать с любой другой страной на основе мира для процветания. Логика диктует, что всегда лучше иметь дело с рациональным или дружественным государством, а не с истерическими и враждебными режимами.

Российские элиты, вместо того, чтобы стремиться к миллионам долларам или евро, должны понимать, что в их родном доме на востоке снова восходит экономическое солнце. Вместо того, чтобы просить присоединиться к европейскому клубу, который в лучшие времена всегда относился к русским как к членам второго класса, новому поколению российских экономических, интеллектуальных и политических лидеров необходимо поставить в приоритет Россию с ее азиатской историей, а не с ее увлечением Европой. Это действительно укрепит мир между Россией и Европой, поскольку, чем меньше одна сторона ожидает от другой, тем меньше будет разочарование.

Перевод: http://perevodika.ru/articles/1205014.html
20.02.2019

Adam Garrie (Eurasi/Future)
Источник: https://eurasiafuture.com/2018/12/21/peter-the-great-syndrome-russias-self-inflicted-disaster/




Обсуждение статьи



Ваше имя:
Ваша почта:
Комментарий:
Введите символы: *
captcha
Обновить

Вверх
Полная версия сайта
Мобильная версия сайта