Алексей Подымов, Анатолий Иванов: США против КНР (США - Китай) (18.05.2019)

За стол переговоров в развернувшейся торговой войне представителей США и Китая даже приглашать не надо. Торг идёт практически непрерывно, но, как выясняется, с каждым раундом шансов на примирение остаётся всё меньше. В начале мая многие рассчитывали, что президент Трамп и председатель Си смогут о чём-то договориться в ходе личной встречи, но и она оказалась безрезультатной.
А ведь поначалу откровенное нежелание мириться было связано с тем, что все принимаемые друг против друга меры давали весьма ограниченные результаты. Обе стороны, и США, и КНР, казалось, неплохо подготовились к схватке заранее. Были не только созданы солидные резервы разного рода товаров на случай серьёзного сокращения поставок, были также подготовлены и запасные каналы для торговли практически всем, на что повышались пошлины. Причём не важно, с чьей стороны.
 
В результате многие меры оказывались ударами по воздуху. Хотя на биржевых площадках многих колотило так, как не бывало в дни самых жестоких кризисов. Миллиарды виртуальных долларов и юаней то опустошают, то переполняют чьи-то электронные кошельки, и процесс не прекращается. Но широкую публику это уже мало волнует.

Характерный комментарий по этому поводу сделал для китайского официоза, агентства Синьхуа, один из наиболее успешных в КНР инвесторов — Хуан Вэйпинь, профессор экономики, консультирующий фьючерсный хедж-фонд, который действует в основном на территории США. Уже в начале прошлой осени он заявил, что "в ходе торговой войны между США и Китаем преобладает психологический эффект. Население действительно боится, но влияние этих мер на реальную экономику минимально".

По его оценкам, тенденция не изменилась и сейчас, после более чем года «боевых действий». Так, Хуан Вэйпинь обращает внимание, что «объём таможенных пошлин, введённых Трампом, меньше, чем прибыль от продажи недвижимости в китайском городе средней величины. Не деньги, но страх у населения — вот самая большая проблема для китайской экономики».

Реально поиск компромисса начался ещё в минувшем декабре на саммите G-20 в Аргентине. Там Дональд Трамп и Си Цзиньпин сумели даже договориться о пошлинном перемирии, и были отложены анонсированные новые повышенные американские пошлины. За стол переговоров с китайцами всерьёз и надолго сели тяжеловесы Трампа — министр торговли США Стивен Мнучин и торговый представитель Роберт Лайтхайзер. 
 
Роберт Лайтхайзер и Стивен Мнучин на переговорах с китайским вице-премьером Лю Хэ

Трамп даже успел заявить, что большая сделка с Китаем станет прообразом всех новых соглашений США с другими партнёрами. Что тогда сломалось в китайском бюрократическом механизме, никто не объяснил, но в Пекине объявили, что сделки не будет. Две недели назад Трампу пришлось объявлять журналистам, что торговая сделка с Китаем была уже «готова на 95%», но найти консенсус стороны снова не смогли. Не смогли и после того, как Вашингтон посетил вице-премьер КНР Лю Хэ.

Теперь все ждут саммита «большой двадцатки» в Осаке, где, по оценке российского министра экономического развития Максима Орешкина, может произойти всё, что угодно. Или долгожданное примирение, или же пройдена та самая точка невозврата, после которой мир будет уже просто невозможен. Хотя сейчас, как отмечают американские СМИ, вопрос скорее заключается в том, насколько отношения двух стран ухудшатся в ближайшие недели.
 

Юань не доллар, но и не рубль тоже…


Консультации между сторонами длились больше года, но сейчас приостановлены. Обеим сторонам неплохо известно, что торговая война вряд ли выявит победителя, а от повышения таможенных пошлин проиграть могут вообще все. Вашингтону уже дали понять, что не стоит пересекать «красную линию» китайской стороны, даже в отношении юаня, про который в Вашингтоне очень любят поговорить как про суррогатную валюту.

Тарифное давление непредсказуемого американского президента на Китай, вообще-то, до сих пор носит вполне предсказуемый характер. Непредсказуемым оказался лишь развод в тот самый момент, когда все уже ждали «плохого мира». Но вот с предсказуемостью в отношении юаня дело обстоит хуже, хотя многие считают, что он выйдет из торговой войны если не победителем, то уж точно более устойчивым. Хотя какая ещё нужна устойчивость валюте, курс которой устанавливается чуть ли не самим председателем Си?

Тем не менее, разжигание торговой войны играет скорее в пользу юаня, извините за необходимость повторяться. Юань здорово подрывает авторитет доллара как единственного и неповторимого. Отнюдь не исключаемое при этом снижение цен на энергоресурсы доллар и юань вряд ли сильно затронет, зато может ударить по российскому рублю. Хотя вряд ли сильно: российская валюта сейчас очень сильно переориентировалась на рынки внутренний и ближайшего окружения, главным образом из ЕАЭС.
 
И реагировать на перманентные колебания нефтяных цен в российском ЦБ давно научились, а главное сейчас состоит в том, что наша финансовая система неплохо готова к любому повороту дел. Российский министр экономического развития Максим Орешкин уже отметил, «что эта история будет негативно сказываться и на спросе на российскую продукцию. Это касается сырьевых товаров. Поэтому такой сценарий, конечно же, будет означать снижение цен на ключевые ресурсы — на нефть, на металлы, на уголь. Также будет оказывать сдерживающее влияние и на несырьевой экспорт из России из-за ослабленного глобального спроса».
 
С точки зрения обменного курса национальной валюты у нас выстроена новая система, которая как раз нацелена на то, чтобы сглаживать влияние таких внешних факторов — падение цен, в том числе на сырьевые ресурсы. Понятно, что на первом этапе такое падение цен на нефть будет просто компенсировано для внутреннего рынка снижением объемов приобретения валюты... То есть избыточные доходы, которые мы сейчас аккумулируем, — это как раз делается для того, чтобы компенсировать и максимально сгладить такие сценарии с негативным внешним влиянием, — пояснил Орешкин.
 

Этапы большого пути


Дело в том, что переговоры о тарифах, идущие уже полгода, приостановлены после прошедшего уже 11 раунда, и когда они возобновятся, пока не ясно. США вряд ли остановит решение Комитета по таможенным тарифам Госсовета КНР ввести с 1 июня пошлины на товары из США на общую сумму 60 млрд. долларов. Даже несмотря на то, что этот очередной китайский ответный удар можно вообще считать довольно мягким. 

Меры действительно не такие крутые, как у Трампа — пошлины разные на разные товары. Для четырех товарных групп их размер составляет от 5 до 25 процентов. К тому же есть целая серия ограничений и разрешений на случай отсутствия у китайских покупателей возможности приобретать более дешёвые и качественные аналоги.

При этом решение Госсовета сопровождается традиционной для КНР жёсткой риторикой. «Китай никогда не уступит иностранному давлению. Мы полны решимости и способны защитить наши законные права и интересы, но всё ещё надеемся, что США пойдут нам навстречу». Это слова из выступления официального представителя китайского МИД. 

В России долгое время старались не обращать повышенного внимания на американо-китайское противостояние. Многие и сейчас продолжают считать, что из него надо извлекать выгоду – если не максимальную, то максимально возможную. Однако официальное лицо, министр экономического развития Максим Орешкин, считает, что «полноценная торговая война между Китаем и США с пошлинами порядка 25% — это то, что будет разрушать цепочки добавленной стоимости, что будет разрушать саму добавленную стоимость в мировой экономике». 
 

Удары ниже пояса


В Минэкономразвития считают, что под ударом в первую очередь сейчас оказывается промышленное производство. С этим трудно не согласиться, поскольку продолжается мощное тарифное давление со стороны американской экономики услуг (они составляют 76 процентов в ВВП США) на промышленную экономику КНР. Потери в мировом ВВП, причём весьма серьёзные, почти неизбежны. "По тому, как война будет протекать, будет определяться, за какой период она потеряет этот объем. Это может произойти довольно быстро, если эскалация будет очень серьезной", — отметил российский министр.

В то же время пока рано говорить о прямом влиянии серии принятых США и КНР решений на мировую торговлю. Рано говорить даже о том, что повышение таможенных пошлин помогает США решать вопрос торгового дисбаланса с Китаем. С января по апрель 2019 года объем экспорта из Китая в США снизился на 4,8%, но общий товарооборот упал и вовсе на 11,2%. И в основном за счёт падения импорта – сразу на 26%. 
 


В итоге активный торговый баланс Китая в отношении США только вырос — ещё на 10,5%. Получается, что все усилия Трампа привели лишь к тому, что за повышение таможенных пошлин расплачивается американский потребитель, вынужденный платить за увеличение себестоимости товаров. Показательно, что объёмы внешней торговли Китая с другими главными партнерами, например, странами ЕС и АСЕАН, продолжали быстро расти. У Китая становится всё больше торговых партнеров, что только дополнительно укрепляет способность страны противостоять внешнему давлению.

И вообще, вряд ли американскому президенту стоит так сразу забывать, что на сегодня в Китае сотрудниками компаний, прописанных вообще-то в США, числятся более 1,6 млн. граждан КНР. При этом инвестиции из КНР в США позволяют создавать там не менее 100 тыс. рабочих мест ежегодно. 

Многие годы США сами же активно инвестировали в китайскую экономику, перевес в сумме инвестиций достигал в некоторые годы нескольких раз. И только в 2015 году этот баланс изменился. Американские инвестиции в экономику КНР впервые оказались меньше китайских инвестиций в США и составили 13,1 млрд. долларов против 15,3 млрд.

В то же время в Китае публика больше не впадает в панику по каждому поводу, пытаясь скупать доллары. При этом никто уже отнюдь не переоценивает собственные возможности, как это было принято в той коммунистической прессе (впрочем, другой в КНР нет) совсем недавно. 
 
До торговой войны между Китаем и США в нашей стране была тенденция к переоценке собственных сил и раздуванию самомнения. Нынешний конфликт вызвал не что иное, как возвращение в разумные рамки. Мы должны признать, что Китаю необходимо еще много сделать в области инноваций, образования, развития финансовых институтов, армии, ядерных технологий и т.д., — констатирует авторитетный китайский аналитик Жэнь Цзепин, сотрудник международного исследовательского центра Evergrande Immobiliengruppe.

У противников ещё есть некоторое время, чтобы заключить относительно безболезненное перемирие. По-настоящему большинство принятых мер ещё не начали работать – сказывается эффект отложенного спроса. Возможно, что главным достижением США в торговой войне так и останется слом той самой философии, которая и породила амбициозную стратегию под названием "Made in China". А мировое лидерство после этого будет уже и не так важно.

Хотя на данный момент, сколько бы дружелюбия ни показывали в дальнейшем вице-премьер Китая Лю Хэ и американский торгпред Роберт Лайтхайзер, ключевые требования США остаются в силе. Отменить все китайские тарифы и только часть американских и добиться «реалистичности» обязательств Китая по увеличению импорта из США.

Ну а для Китая, помимо спора об отмене тарифов, важнее всего, как и прежде, призыв к Штатам уважать суверенитет Поднебесной. Пока Пекину, кажется, достаточно быть с Вашингтоном на равных. Тот же Лю Хэ высказался по этому поводу вполне однозначно: «Нам совершенно ясно, что мы не можем идти на уступки по принципиальным вопросам. Мы надеемся, что наши коллеги из США понимают это».
 
Какой будет долгосрочная реакция Пекина на последний из ударов ниже пояса, который нанёс Вашингтон, атакуя корпорацию Huawei Technologies, сказать довольно трудно. Похоже, разворачивается нешуточная схватка за лидерство в сфере технологий 5G, которая может продлиться даже после того, как основные сражения торговой войны закончатся.

Источник
18.05.2019

Алексей Подымов, Анатолий Иванов





Обсуждение статьи



Ваше имя:
Ваша почта:
Комментарий:
Введите символы: *
captcha
Обновить

Вверх
Полная версия сайта
Мобильная версия сайта