Александр Чернышёв: В Германии мы никому не нужны». Как живут немцы в селе под Омском — без воды, газа и дорог (Россия: Регионы) (14.04.2019)

Нет газа, сотовой связи, воды и дорог — казалось бы, к таким условиям привыкнуть непросто. Однако жители села Аполлоновка, в большинстве своем потомственные немцы, и не думают уезжать. Напротив, успешно развивают самое разное производство — от деревообработки до выпечки.
Первый раз наше такси вязнет еще в десяти километрах от Аполлоновки. Примерно там же пропадает и связь. Автомобиль двадцать минут пыхтит, пытаясь выбраться из полуметровой водянистой грязи, коричневые комья разлетаются на пятнадцать метров. Наконец до дыма прокручивающие колеса выносят нас из колеи.

— Терпи, родненькая, — жалеет водитель свою «Ладу». — Все трактора проклятые: мачмалу (грязь. — Прим. ред.) раскатали — вон какая колея! Зря по объездной поехали!
 
Дорога в деревне Аполлоновка
Дорога в деревне Аполлоновка. © РИА Новости / Александр Кряжев

Аполлоновка уже на горизонте, но тут выясняется, что наше небольшое происшествие — еще цветочки. А вот и ягодки: с левой стороны — в прямом смысле слова утонувший комбайн. Только не в реке и не в озере — в поле. Но уровень воды никак не меньше полутора метров.

После таких дорог Аполлоновка представляется мрачнейшим местом с покосившимися избушками и парой десятков несчастных, не сумевших отсюда выбраться. Несколько дворов на одной из улиц действительно сильно затоплены.
 
Однако по соседству мы видим совершенно иную картину: добротные кирпичные дома ярких цветов с ухоженными участками за белыми невысокими заборами напоминают скорее немецкий городок, а не российскую глубинку.

Отчасти так и есть. Аполлоновку, точнее село Вальдхайм, основали в 1911 году пять немецких семей — переселенцы с Украины. В Аполлоновку его переименовали большевики — в честь здешнего казака Аполлона Телятникова. К концу 1980-х здесь жили уже больше тысячи человек.
 
Новые дома в деревне Аполлоновка
Деревня Аполлоновка в Омской области
Деревня Аполлоновка в Омской области
Старый и новый дом в деревне Аполлоновка
 
 
Сейчас — около тысячи, и, по словам местных, после небольшого падения население опять прибавляется. Платских немцев большинство, однако есть и русские, и казахские семьи — до границы с Казахстаном чуть больше пятидесяти километров.
 

Немецкая прагматичность


Вот одноэтажный просторный дом Андрея Паульса — потомка одной из пяти семей — основателей Аполлоновки. На кухне, совмещенной с просторной гостиной, готовят угощенье его жена Валентина и младшая дочь Маргита.
 
Дом семьи Паульсов
Дом семьи Паульсов
Андрей Паульс на кухне
Дом семьи Паульсов
 
 
Как правило, в религиозных баптистских семьях, которых немало среди этнических немцев, женщины не работают: хранят домашний очаг и растят детей. Демографические показатели здесь на уровне: в селе 52 многодетные семьи. У Паульсов восемь детей, многие уже выросли и живут самостоятельно — все в Аполлоновке.

Каждая мелочь напоминает о немецкой прагматичности: от отдельной летней кухни — «чтобы в доме не пахло и дети с улицы не пачкали комнаты» — до бани в доме, а не в пристройке — «чтобы долго не прогревать».
 
Обед в доме Паульсов
Обед в доме Паульсов. © РИА Новости / Александр Кряжев

После короткой молитвы супруги с младшей дочерью садятся обедать. На столе в основном угощения собственного или местного производства: колбаса, сыр, соленья, выпечка, молоко, мед, масло. Обсуждают насущные проблемы: накормлен ли скот, сделаны ли уроки, когда проведут воду и газ под давно готовые в доме коммуникации.

— Нужно подходить по-хозяйски, — рассуждает Андрей Паульс на чистом русском. — Но тут и по-хозяйски нелогично выходит. Ведь одно дело умирающее село, другое — наше. У каждого второго жителя собственное производство, все исправно платят налоги. В соседней Новорождественке (административный центр Новорождественского сельского поселения, в его состав входит Аполлоновка. — Прим. ред.) и газ, и водопровод, и дороги получше. А нам даже свою продукцию по весне покупателю не доставить. Машина по грязи не едет, трактором вытягиваем, — разводит он руками.
 
За домом хрюкают, кудахчут и мычат те, кому мы обязаны обедом.

— Покупаем скотину, откармливаем, потом продаем. Это сейчас он Боря, — показывает Паульс на небольшого хряка. — А через полтора года будет двухсоткилограммовый Борис. Начинали с нуля: держали несколько свиней под сеном, сажали картошку на пропитание. Потом понемногу построили сарай, расширили дом. Теперь свиней сто голов — это немного, у одного немца в селе их пятьсот. А мне и некогда — работаю еще в совхозе бригадиром, занимаюсь крупным рогатым скотом.
 
В деревне Аполлоновка, Омской области
 
Частное подворье семьи Паульсов
Частное подворье семьи Паульсов
 
 
Совхозом Андрей называет помещения, которые от него остались. На самом деле теперь это акционерное общество. Акции распределены между жителями села, впрочем, дивидендов с них почти никаких, «разве тонна зерна в год, и то не всегда».

— Уже долго пытаемся возродить совхоз, пока получается с трудом, хотя многие и зарабатывают там себе на хлеб. А вот у тех, кто оформил земли в собственность, дела получше — больше мотивации, — рассуждает Паульс.
 

Клановый бизнес


Второй раз мы застреваем уже на «Ниве» — по дороге на лесопилку. Втроем долго выталкиваем внедорожник, утопая в грязи. Мимо нас, ухмыляясь, проезжает казах на лошадиной упряжке — она-то пройдет везде.
 
Лошадиная упряжка в деревне Аполлоновка
Лошадиная упряжка в деревне Аполлоновка. © РИА Новости / Александр Кряжев

— Это еще что, — не удивляется наш провожатый — учитель ОБЖ в местной школе Анатолий Макаров. — У нас и комбайны тонут, и КамАЗы.
 
Если бы на въезде в Аполлоновку мы не увидели плавающий комбайн, подумали бы, что он преувеличивает.

Сельчане хоть и ждут помощи от власти, сложа руки не сидят: на подъезде к лесопилке — внушительная гора щебня.
 
— Ежегодно владельцы предприятия — сын и племянник Андрея Паульса — поднимают техникой грунт на дорогах и посыпают щебнем. Сейчас ждут, пока подсохнет. Миллионами вкладываются и другие местные предприниматели. Но всего своими силами не сделаешь, — вздыхает Макаров.

На лесопилке сладко пахнет деревом, шумит рассекающая его техника — рабочий день в разгаре. Впрочем, в разгаре он круглые сутки: производство идет в три смены шесть дней в неделю без перерыва, как и почти на всех предприятиях Аполлоновки. На лесопилке изготавливают в основном доски для палет. Отдых только в воскресенье — так заведено по религиозным соображениям. Перекур в строго отведенном месте: баптисты не пьют и не курят, но рабочие в основном казахи и русские.
 
Лесопилка семьи Паульсов
 
Столярный цех семьи Петерсов в деревне Аполлоновка
Лесопилка семьи Паульсов
 
 
Еще один секрет успеха немецких бизнесменов — преемственность поколений. Сегодня на местной мельнице производят до 15 тонн муки в день. Но еще десять лет назад здесь был лишь один крошечный склад. Теперь он разросся до неузнаваемости.

— Моему отцу принадлежит двадцать процентов мельницы, — рассказывает Андрей Регер. — Он основал ее вместе с еще четырьмя совладельцами. Они получают дивиденды, а работают их сыновья.
 

С мельницы хлеб отправляется в местную пекарню. Соседняя дверь — магазин. Его история — отдельный сюжет.
 
Работники пекарни в деревне Аполлоновка
 
Выпечка хлеба в деревне Аполлоновка
 
 
— Раньше тут было кафе. Там любил погулять сын одного религиозного немца. Как-то, увидев в кафе непотребное поведение пьяного сына, он выкупил его и закрыл. В этом магазине ни алкоголя, ни табака не купить. Только в соседнем ларьке, и то не всегда: спрос небольшой, — говорит Анатолий Макаров. Он знает все это не понаслышке — учил и того непутевого сына, и всех остальных немцев села.
 
В пекарне жарко. За сутки отсюда вывозят две тысячи булочек из пшеничной муки. Еще пекут из солодового и гречневого теста, сайки и ромашки. Работают в три смены.

— Наш «брот» (хлеб по-немецки. — Прим. ред.) в округе ценится, — расхваливает продукцию краснощекая Ирина Дик, поглядывая на булочки в печи. — По всему району на трех хлебовозках доставляем.


В отличие от других немецких женщин, Ирина работает. Однако тоже растит пятерых детей.

— В семье говорим по-немецки. Русский дети учат в школе или на подготовительных курсах. У нас свой диалект, от литературного немецкого сильно отличается. Гордимся, что сохранили язык.
 

Братья-пилоты


В Аполлоновке есть и другие предприятия: автосервис, производство рукавов высокого давления, корпусной мебели, посевных комплексов, комбикормов. Но пожалуй, самым необычным делом занимаются местные «братья Райт», Яков и Виктор Тевс: конструируют самолеты и аэросани.
 
Яков Тевс и его самолет в деревне Аполлоновка
Виктор Тевс
 
 
— Я мечтал летать с детства. Несколько лет мастерил самолет, — рассказывает Яков. — Как представлял себе, так и строил, поэтому совершил несколько ошибок. С мотором не взлетел вообще, потом снял его, тем самым нарушив центровку, и мужики разогнали меня автомобилями за трос. Я взлетел метров на пятнадцать, но самолет встал свечкой и стал падать. К счастью, я не пострадал.
 
Мечту летать Яков не бросил: купил мотодельтаплан, а потом и заводской двухместный «Икарус».
 
— На нем тоже падал — зацепился как-то за дерево. Месяц вверх ногами лежал. А однажды случайно залетел в воздушное пространство Казахстана. Слава богу, отделался предупреждением. Поэтому стараюсь высоко не подниматься — 250-300 метров оптимально, чтобы долететь до соседней деревни, — рассказывает Тевс и предлагает подняться в воздух.

Соглашаемся. Тевс открывает ангар, перед нами — его красная «птичка».
 
Яков Тевс и его самолет в деревне Аполлоновка
Самолет Якова Тевса в деревне Аполлоновка в Омской области. © РИА Новости / Александр Кряжев

Вместо шасси — сани, это зимний вариант. Еле забравшемуся в небольшую кабину корреспонденту остается только надеяться на лучшее. Но к сожалению — или к счастью, от земли оторваться не удалось: вязкий мокрый снег не позволил воздушному судну взлететь.
 

«Придется пить отраву»


Третий раз вязнем уже не мы, а водовоз, который несколько раз в неделю привозит в село питьевую воду. Рабочие старательно откапывают колеса лопатами.

— Эх, раз здесь сели, значит, на нашу улицу и вовсе не поедут — там все еще печальнее. Придется пить отраву, — огорчается Макаров.
 
Застрявший водовоз в деревне Аполлоновка
Застрявший водовоз в деревне Аполлоновка
 
 
Дело в том, что в местной воде много минералов. По словам Макарова, если очищать фильтром или кипятить, во-первых, испортишь чайник, а во-вторых — почки. Впрочем, и эта вода доведена не до всех домов. Поэтому два раза в неделю приезжает водовозка и оставляет у калиток 30-литровые фляги — по 25 рублей за штуку.
 
И все-таки местные сходятся в одном: главная проблема — связь с внешним миром, а точнее, ее отсутствие.
Устав ждать чуда, в начале февраля школьные учителя записали видеообращение к Владимиру Путину, пожаловавшись на все и сразу: отсутствие воды, газа, дорог, медицины и стабильной коммуникации с Исилькулем — районным центром в пятидесяти километрах.
 
— Последней каплей стала отмена одного из автобусных рейсов в Исилькуль, — вспоминает директор школы Ольга Макарова. — Я знала об инициативе учителей и полностью на их стороне. Ведь многие дети ездят туда заниматься музыкой или в художественную школу, а взрослые — за покупками и по другим делам.
 
Уже на следующий день в Аполлоновку прибыли представители региональных министерств и районная администрация.

— Собралась вся деревня, говорили долго. Кое-какие итоги есть: автобусы ходят как прежде, фирма, что собрала с людей деньги за водопровод и пропала, сразу нашлась и все вернула. Обсуждают строительство вышки мобильного оператора. Про дороги и газ пока ничего не слышно, — уточняет Макарова. 


Ее беспокоит и кадровая проблема.

— Молодые специалисты к нам ехать не хотят. Оно и понятно: нужны привлекательные условия, а пока на зарплату учителя даже угля на зиму не купишь — им, кстати, топится вся деревня.
 
Ольга руководит особенной школой — где еще в России на переменах услышишь немецкий диалект?

В школе в деревне Аполлоновка
 
Урок немецкого языка в школе в деревне Аполлоновка
 
 
 
В школе в деревне Аполлоновка
 
 
Двести учеников, 70 процентов — немцы. Но обучение на русском языке, поэтому дети вырастают билингвами.

— Русские ученики тоже выигрывают: многие отлично говорят по-немецки, не только из-за преподавателей-немцев, ведущих уроки языка, но и благодаря ежедневному общению с друзьями. Национальный вопрос не стоит ни у взрослых, ни у детей — все друг с другом общаются.
 

С мира по десятине


Баптизм в селе исповедают около двухсот человек. Из них русских — около сорока. Местный духовный центр — Дом молитвы. Попав внутрь, невозможно поверить, что вы в селе — пространство и оборудование скорее под стать городу-миллионнику. Просторные помещения с большими окнами, удобные ряды сидений, мраморные лестницы, микрофоны.
 
— Мы собираемся здесь трижды в неделю: разбор божьего слова, молитвенное общение и разговоры на назидательные темы — на русском, чтобы все понимали, — поясняет Андрей Паульс. Он один из проповедников. — Здесь же отмечаем праздники и занимаемся творчеством: у нас свой духовой и струнный оркестр, детский и взрослый хор.

Вновь все по-немецки продуманно: взять хоть специальную комнату, где стоят коляски, — плач детей не мешает беседе, но в то же время люди в комнате прекрасно видят через стекло, что происходит в зале, и слышат, о чем идет речь через колонки.
 
Дом молитвы в деревне Аполлоновка
Андрей Паульс в Доме молитвы в деревне Аполлоновка
Комната для колясок в Доме молитвы в деревне Аполлоновка
 
 
Куда скромнее по размерам православная церковь на другом конце села. Дело в том, что баптистский молитвенный дом строился на обязательную для прихожан десятину, православный храм — на добровольные пожертвования.

— Постоянный приход — всего пять-шесть человек, — рассказывает Анатолий Макаров, стоя у иконостаса, сделанного его собственными руками. — Службы раз в две недели и по праздникам. Своего батюшки нет, духовники приезжают из Исилькуля по графику. А дому без хозяина, как известно, тяжело. Впрочем, мы рады и тому, что имеем.
 
Купол православного храма в деревне Аполлоновка
Анатолий Макаров звонит в колокола в православном храме в деревне Аполлоновка
Православный храм в деревне Аполлоновка
 
 
Напоследок Макаров демонстрирует свою гордость — колокольню. Сельский учитель тянет за веревки, и над Аполлоновкой раздается приятный перезвон.
 

«Финансы поют романсы»


Глава администрации Новорождественского сельского поселения, в которое входит Аполлоновка, Юрий Косенок только пожимает плечами: бюджет не позволяет решить многие наболевшие проблемы.

— Газификация и водоснабжение не в наших полномочиях. Да и финансы: бюджет сельпо со всеми дотациями и субсидиями — не более шести миллионов рублей. Это на Аполлоновку, Новорождественку и Евсюки. Тем не менее питьевую воду в Аполлоновку подвозят регулярно за смешную цену. Техническую воду проводили за деньги — тем, кто хотел. Мастер частной фирмы взял предоплату, а потом скрылся, искали два года. После обращения к президенту сам дал о себе знать и вернул деньги, — говорит чиновник.


Он отмечает, что до Аполлоновки можно добраться в любую погоду на легковой машине по частично асфальтированной, частично засыпанной щебнем дороге: «конечно, неидеальной».
 
А объездная грунтовка нигде не числится, поэтому и не ремонтируется.
 
Деревня Аполлоновка в Омской области
Деревня Аполлоновка в Омской области
 
В деревне Аполлоновка, Омской области
 
 
— Что касается внутрипоселковых дорог, сначала ремонтировали в Новорождественке — все-таки центр сельпо. В этом году положим новый асфальт в Аполлоновке — там, где твердое покрытие. Для этого ждем обещанных денег из областного бюджета. Грунтовые дороги на эти средства ремонтировать не имеем права. Но стараемся их периодически выравнивать. Не каждый год — финансы поют романсы. А чтобы вместо грунтовки появилось твердое покрытие, нужно сначала межевать землю, проводить геодезию — все это кусается. Пока программ под такой ремонт не существует, все требуют с сельпо, а у меня таких средств нет, — объясняет Косенок.  
 
И обещает: к декабрю по областной программе в Аполлоновке появится вышка мобильного оператора, сейчас идет межевание земель.
 
Ребенок идет в школу в деревне Аполлоновка
Дети идут в школу в деревне Аполлоновка
 
 
 
— И обращение тут ни при чем, просто не говорили, пока не узнали наверняка. Работа началась еще в сентябре, — заключает он.
 

«Наша родина — здесь»


Покидая Аполлоновку, задаем Андрею Паульсу давно назревший вопрос:

— Почему же вы не уезжаете в Германию? Там, наверное, с дорогами лучше…


— У многих семей Аполлоновки в Германии есть родственники. Они навещают нас, мы — их. Но там не чувствуем себя дома. Слишком долго прожили в России. Так и наши дети: уезжают на какое-то время, а потом возвращаются. Никому мы там давно не нужны. Наша родина здесь.
 
Паульс с Макаровым прощаются и удаляются, хлюпая сапогами по грязи и горячо обсуждая посевную, которая начнется совсем скоро.
 
14.04.2019

Александр Чернышёв





Обсуждение статьи



Ваше имя:
Ваша почта:
Комментарий:
Введите символы: *
captcha
Обновить

Вверх
Полная версия сайта
Мобильная версия сайта