Ферит Темур: Вступление Анкары в БРИКС может оказаться политическим блефом – турецкий эксперт (28.08.2018)

Турецкий президент Реджеп Тайип Эрдоган заявил о желании Анкары присоединиться к БРИКС. По его словам, политика США в отношении Турции заставляет Анкару искать новых союзников. Однако на деле заявление турецкого президента о желании вступить в БРИКС может оказаться политическим блефом против Запада, а не стратегическим выбором – считает советник по Турции Энергетической Ассоциации БРИКС, политический аналитик по России и Евразии Ферит Темур. Собеседник «Евразия.Эксперт» рассказал о том, сможет ли Турция стать членом БРИКС, возможно ли в перспективе расширение этой организации и какие вызовы сегодня стоят перед данным интеграционным объединением.
- Господин Темур, в ЮАР в конце июля прошел саммит БРИКС. В чем особенность этого саммита по сравнению с предыдущим, прошедшим в Китае?

- Каждый саммит БРИКС представляет собой платформу для обсуждения на высоком уровне, которая позволяет координировать социально-экономические и политические области сотрудничества и содействовать осуществлению программ экономического развития между членами организации.

Саммит БРИКС 2018 г. – десятый по счету ежегодный саммит этой международной организации, который проводится на регулярной основе с момента ее основания.

Прошедший саммит дал возможность странам БРИКС оценить результаты работы за последние десять лет, в течение которых была принята серия совместных решений в широком диапазоне сфер, от экономики до политики. Также обсуждалась «дорожная карта» на предстоящее десятилетие.

Юбилейный саммит БРИКС показал общую решимость членов организации, предпринявших новые шаги в контексте индустриализации, устойчивого развития и инклюзивного роста, основанного на технологиях. Он призвал к более справедливому многополярному миропорядку. Это, конечно, важная позиция. Но ее также можно назвать «вызовом» развивающимся странам с точки зрения современных международных отношений, в которых международный баланс сил постепенно смещается от Запада к Азиатско-Тихоокеанскому региону. 

- Президент Реджеп Эрдоган попросил принять Турцию в состав БРИКС. Как вы оцениваете шансы Анкары стать полноправным членом этой организации и зачем это нужно Турции?

- Впервые Турция была приглашена на саммит БРИКС, который проходил в Йоханнесбурге в рамках инициативы «БРИКС Плюс». Но дипломатический факт заключается в том, что Турция является председателем Организации исламского сотрудничества (ОИС). Иными словами, Турции было предложено представлять не непосредственно себя, а ОИС на последнем саммите.

Президент Турции Эрдоган публично объявил о своем призыве к лидерам стран БРИКС разрешить вступление Турции в эту группу. Однако я лично очень осторожно подхожу к этому заявлению, рассматривая его как политический блеф против Запада, особенно США, а не продуманный стратегический выбор.

Стремительная внешнеполитическая ориентация на БРИКС такой страны, как Турция, которая уже на протяжении двух последних столетий находится под глубоким влиянием западной политики, экономики и культуры, противоречила бы характеру международных отношений. Теоретически, присоединение такой страны большой геополитической важности как Турция к БРИКС приведет к значительным изменениям в расстановке международного баланса сил. Но все не так просто. Все аспекты отношений между Турцией и БРИКС должны всесторонне анализироваться с учетом интересов и целей каждой из сторон. Это должно быть сделано для того, чтобы реалистично оценить возможность Турции вступить в БРИКС.

В этой связи важно подчеркнуть, что БРИКС была создана, чтобы достичь международного консенсуса в создании незападной системы сил, которая могла бы предложить альтернативное управление глобальными делами и в итоге создать новый многополярный мировой порядок. С этой точки зрения, БРИКС явно является формированием, направленным против американского миропорядка. 

В истории турецко-американских двусторонних отношений наблюдались серьезные проблемы. И сегодня широко распространено общественное мнение об «американском империализме», о котором часто говорят в свете негативных событий в Турции и регионе. Кроме того, по сравнению с подходом американсих финансовых институтов, инклюзивный подход БРИКС, который способствует региональному и межрегиональному совместному развитию, представляется более предпочтительным для стран с развивающейся экономикой, включая Турцию.

Основываясь на этих оценках, некоторые эксперты продвигают идею о том, что Турция должна укрепить свои отношения с незападными странами, такими как Россия, Иран, Китай, и присоединиться к незападным организациям, таким как ШОС, БРИКС, ЕАЭС и т. д. с целью создания нового многополярного миропорядка, который необходим для долгосрочных стратегических интересов Турции. Однако вряд ли стоило бы ожидать от Анкары, что она так поступит по отношению к своему союзнику по НАТО, по крайней мере, в краткосрочной перспективе.

Более того, официально считается, что Турция получит новую исключительную роль в НАТО, которая является основным инструментом геополитической борьбы против России в обозримом будущем. Анкара, похоже, желает этого, чтобы уравновесить растущее влияние России в Черноморско-Кавказском регионе.

Помимо продолжающегося участия НАТО в геополитическом соперничестве с Россией и намерений вовлечь в это Турцию, можно отметить и другие аспекты отношений между Турцией и странами БРИКС. Например, это разногласия между Турцией и Китаем, наличие проблем в двусторонней торговле, индийско-пакистанский конфликт и особые отношения между Турцией и Пакистаном, в целом слабость общего уровня стратегической культуры сотрудничества между Анкарой и странами БРИКС.

С другой стороны, даже если есть некоторые позиционные различия в деталях, можно сказать, что существует ряд общих глобальных тем, которые теоретически отвечают интересам обеих сторон:

• критика Организации Объединенных Наций из-за ее неспособности решать глобальные общие проблемы, призыв к структурным реформам в рамках организации;

• необходимость альтернативных финансовых формирований в возглавляемых США после Второй мировой войны учреждениях, таких как Всемирный банк и МВФ, которые считаются препятствиями для развития стран с формирующимся рынком;

• тенденция использования национальных валют вместо доллара США в международной торговле;

• недовольство кредитно-рейтинговыми агентствами, возглавляемыми США и Западом, которые рассматриваются как «инструменты экономического давления» в странах с развивающейся экономикой.

В целом, в краткосрочной перспективе я считаю возможность членства Турции в БРИКС маловероятной.

- Какие новые вызовы стоят перед странами БРИКС сегодня?

- Понятно, что сегодня основными общими внешними угрозами для стран БРИКС являются торговый протекционизм, международный терроризм и региональные конфликты, которые создают нестабильность и серьезные риски для их устойчивого развития.

Протекционизм и эмбарго, инициированные США против таких стран, как Россия, Иран и Китай, негативно сказываются не только на этих государствах, но и на других странах с формирующимся рынком. Это угрожает нарушить мировой торговый порядок, который после окончания «холодной войны» в значительной степени был основан на международной системе многосторонних и двусторонних торговых правил. Односторонний подход «некоторых стран» на саммите в Йоханнесбурге был подвергнут критике, таким образом обозначив четкую позицию против протекционизма.

- На ваш взгляд, возможно ли расширение БРИКС в ближайшей перспективе?

- Нет сомнений в том, что страна-локомотив БРИКС – это Китай, хотя с момента формирования организации на практике всегда существовало равенство между странами – членами на всех уровнях.

БРИКС нуждается в новых, представляющих геополитическое и геоэкономическое значение членах из числа развивающихся экономик. При этом они должны отвечать долгосрочным стратегическим интересом Китая на мировой арене в соответствии с его проектом «Один пояс, один путь». В качестве альтернативы «все более неприемлемой доминирующей эгоцентричности существующего мирового порядка во главе с США» Китай предложил новую парадигму сотрудничества, основанную на долгосрочной стратегической перспективе, беспроигрышном подходе и обещании общего развития.

Китай уже долгое время стремится увеличить свою эффективность на глобальном уровне за счет включения новых членов в БРИКС.


В этом смысле даже некоторые из развивающихся стран, такие как Мексика, Пакистан, Аргентина, Шри-Ланка, Турция, Индонезия, Южная Корея, Австралия, Вьетнам, Нигерия, Египет, Иран и Филиппины, обсуждались экспертами в рамках БРИКС как возможные участники сценария расширения. Тем не менее с 2011 г. ни один из новых членов не присоединился к БРИКС.

Таким образом, воспользовавшись опытом России и Индии, организовавших саммит 2015 и саммит 2016 гг., Китай успешно сформулировал формат «БРИКС плюс». Это позволяет странам из разных регионов мира, не являющимся членами организации, быть приглашенными на встречи на высшем уровне в рамках этой инициативы. БРИКС плюс предлагает геостратегическую концепцию, которая позволит БРИКС играть роль как «моста», так и «штаб-квартиры» в создании трансграничного сотрудничества между развивающимися странами и остальными странами мира, за исключением Северной Америки и Европы. Тем самым организация получит возможность подняться от уровня региональной организации до глобальной.

В настоящее время непонятно, станет ли инициатива БРИКС плюс превращаться в новый механизм приема членов или останется средством консультаций и пиара. Помимо Китая, другим участникам также необходимо согласовать вопрос о расширении. Для этого, прежде чем принимать любого нового члена, необходимо превратить БРИКС в международную организацию, которая будет иметь своего генерального секретаря и штаб-квартиру, и определить общие цели на основе взаимной выгоды и в соответствии с национальными интересами всех членов. И похоже, в БРИКС пока нет общей позиции стран – членов по данному вопросу.

- Какие направления развития отношений между странами БРИКС вы считаете наиболее перспективными? Каковы основные экономические показатели этой организации?

- Страны БРИКС контролируют 23,6% мирового ВВП (около $41 трлн) и 18% торговли, в которой участвуют 43% населения мира на 30% его территории. Тенденция роста БРИКС как единого субъекта примечательна: в среднем это были 3,8% в 2015 г., 4,2% в 2016 г. и 5,1% в 2017 г. Хотя в то же время следует признать, что темпы роста в Китае и Индии намного выше, чем в остальных членах организации. Несмотря на то, что БРИКС отличается от других международных организаций, основанных на региональной интеграции, таких как ЕС, ЕАЭС или АСЕАН, стремительно растут торговые и инвестиционные связи в самых разных секторах между странами БРИКС.

Необходимо упомянуть, что организацией были приняты определенные стратегические решения для укрепления торговых, инвестиционных и бизнес-связей между участниками объединения. Среди них – создание Бизнес-Совета БРИКС, Концессионного резерва БРИКС, Банка развития, реализация Стратегии экономического партнерства БРИКС, Плана действий БРИКС по сотрудничеству в области инноваций (2017-2020 гг.), Стратегических рамок БРИКС по таможенному сотрудничеству и т.д. Все эти решения принимаются странами – членами с учетом целей каждой страны в области роста, развития и уровня бедности. Это делается для того, чтобы в международных отношениях можно было использовать сильные стороны каждой из сторон и избегать конкуренции там, где это возможно.
28.08.2018

Ферит Темур
Источник: http://eurasia.expert/vstuplenie-ankary-v-briks-politicheskim-blefom-turetskiy/




Обсуждение статьи



Ваше имя:
Ваша почта:
Комментарий:
Введите символы: *
captcha
Обновить

Вверх
Полная версия сайта
Мобильная версия сайта