С.Н. Мизякина: Теория культурно-исторических типов и «столкновение цивилизаций»
Н.Я. Данилевский – выдающийся русский ученый-мыслитель, творческое наследие которого включает многочисленные научные труды, в естественных науках – «Дарвинизм», политической экономии – «О низком курсе наших денег» и другие. Однако главное его произведение – книга «Россия и Европа». В этом произведении Данилевский вводит в науку понятие культурно-исторических типов. Впоследствии подобную теорию на Западе развивали О. Шпенглер и А. Тойнби.
В чем суть этой теории? Согласно Н.Я. Данилевскому, каждая цивилизация обладает неповторимым культурно-историческим (культурно-религиозным) кодом и стереотипом поведения. Именно благодаря ему каждая цивилизация существует неопределенно долгое время. Попытки изменить данный код неизбежно ведут к гибели цивилизации. Цивилизации, обладающие противоположным культурно-историческим кодом, неизбежно будут враждебны друг другу. Подобными цивилизациями являются, например, российская и европейская.
Данилевский рассматривает исторический прогресс как «совокупность разнообразных, индивидуализированных форм жизни народов и национальных образований, существующих самобытно, причем определяются они внутренними факторами, детерминирующими исторический процесс. Таким образом, он идет от конкретных объектов, создает теорию множественности и разнокачественности человеческих культур. Отрицая идею общественного прогресса, ученый, по сути критикует идею “общечеловеческих ценностей”» [2, с. 113]. Сам Н.Я. Данилевский пишет по этому поводу: «Прогресс… состоит не в том, чтобы идти все в одном направлении (в таком случае он скоро бы прекратился), а в том, чтобы исходить все поле, составляющее поприще исторической деятельности человечества, во всех направлениях. Поэтому ни одна цивилизация не может гордиться тем, чтоб она представляла высшую точку развития, в сравнении с ее предшественницами или современницами, во всех сторонах развития» [1, с. 126]. Говоря об «общечеловеческих ценностях он отмечает: «Под общечеловеческим разумели то, что так широко развивалось на Западе, в противоположность узконациональному русскому» [1, с. 131] или «Общечеловеческой цивилизации не существует и не может существовать, потому что это была бы только невозможная и вовсе нежелательная неполнота. Всечеловеческой цивилизации, к которой можно было бы примкнуть, также не существует и не может существовать, потому что это недостижимый идеал, или, лучше сказать, идеал, достижимый последовательным или совместным развитием всех культурно-исторических типов, своеобразною деятельностью которых проявляется историческая жизнь человечества в прошедшем, настоящем и будущем» [1, с. 141].
Данилевский совершенно справедливо утверждал, что народы разновременно проходят однотипные ступени исторического развития, что объектом истории следует считать не человечество (понятие абстрактное), а культурно-исторические типы, формирующиеся из народностей (племена и племенные союзы) и наций. Н.Я. Данилевский, рассматривая историю России, дает образец системного подхода к анализу взаимодействия России с государствами Европы. Он подчеркивает, что социальные преобразования в стране окажутся не только безуспешными, но и разрушительными, если они будут осуществляться по рецептам западных советников. Иностранцы никогда не будут учитывать национальные интересы России: даже если они не будут вредить специально, то, являясь представителями иной цивилизации, они не способны понять и объективно воспринять российский культурно-исторический тип.
Отечественный политолог Н.А. Нартов отмечает: «Теория культурно-исторических типов Данилевского явно противостоит универсалистским европейским концепциям истории. Евроцентристский подход не давал объективного научного объяснения истории России, народов Востока. История огромного Евразийского региона превращалась усилиями ученых-европейцев в приложение к европейской истории. Предложенный Данилевским полицентризм типов культур давал возможность видеть не однолинейный, а многовариантный образец развития человечества» [2, с. 115].
Важнейшим фактором, определяющим культурно-исторический код цивилизации, является религия. Она не только определяет реалии дозволенного, но и создает целостное мировоззрение нации, определяет ее стереотип поведения, стратегию международных отношений.
В этом смысле к учению Данилевского близко подходит теория крупнейшего американского политолога второй половины ХХ века С. Хантингтона. Как и Данилевский он рассматривает человечество в цивилизационном контексте. Победа Запада в «холодной войне», по его мнению, это победа временная, которая неизбежно поднимет на поверхность глубинные культурные слои Востока: усилится влияние религиозных факторов, в частности ислама и православия, синтоизма и буддизма, конфуцианства и индуизма.
В недалеком будущем, по его мнению, заявят о себе славянско-православная, конфуцианская (китайская), японская, исламская, индуистская, латиноамериканская и африканская цивилизации.
Отношение к России у Хантингтона двоякое, во многом сходное с идеями Н.Я. Данилевского. С одной стороны он признает цивилизационное своеобразие России: «Некоторые ученые выделяют отдельную православную цивилизацию с центром в России, отличную от западного христианства по причине своих византийских корней, двухсот лет татарского ига, бюрократического деспотизма и ограниченного влияния на нее Возрождения, Реформации, Просвещения и других значительных событий, имевших место на Западе» [3, с. 54].
Однако под православной цивилизацией он понимает не только Россию в ее нынешних границах – «Преемником царской и коммунистической империй стал цивилизационный блок, во многом схожий с западным блоком в Европе. Россия как ядро (эквивалент Франции и Германии) тесно связана с внутренним кольцом, в который входят две преимущественно славянские православные республики – Беларусь и Молдова – а также Казахстан, 40% населения которого составляют русские, и Армения, которая исторически была верным союзником России… Тесные, хотя и не настолько, связи у России с Грузией (в подавляющем большинстве православной) и Украиной (большей частью православной); но обе эти страны обладают сильным чувством национальной идентичности и помнят былую независимость. На православных Балканах Россия имеет тесные отношения с Болгарией, Грецией, Сербией и Кипром и немного менее тесные связи с Румынией. Мусульманские республики бывшего Советского Союза остаются сильно зависимыми от России как экономически, так и в сфере безопасности. Прибалтийские республики, напротив, привлекло притяжение Европы, и они успешно покинули российскую сферу влияния. В целом Россия создает и возглавляет блок государств, имеющий православный центр, окруженный относительно слабыми исламскими странами, в которых она продолжает в той или иной степени доминировать и куда она будет пытаться не допустить распространения влияния других держав» [3, с. 251 – 252].
С другой стороны, как и Николай Яковлевич, Хантингтон считает, что политическая элита России «вестернизирована», культурно принадлежит западной цивилизации. В этом – основная беда России: «Разорванная страна имеет у себя одну господствующую культуру, которая соотносит ее с одной цивилизацией, но ее лидеры стремятся к другой цивилизации. Они как бы говорят: “Мы один народ и все вместе принадлежим к одному месту, но мы хотим это место изменить”… Как правило, значительная часть лидеров таких стран придерживается кемалистской стратегии и считает, что их обществу следует отказаться от не-западной культуры и институтов и присоединиться к Западу; что необходимо одновременно и модернизироваться, и вестернизироваться. Россия была разорванной страной со времен Петра Великого, и перед ней стоял вопрос: стоит ли ей присоединиться к западной цивилизации или она является стержнем самобытной евразийской православной цивилизации» [3, с. 209].
В то же время Данилевский считает, что Запад представляет главную угрозу для России, так как видит в ней потенциального врага. В отличие от него, Хантингтон пишет, что сегодня (в XXI веке) главная угроза для Запада исходит не от России, а от исламского мира и, возможно, от Китая. Запад должен сделать Россию союзником, учитывая ее национально-культурные интересы, не пытаясь изменить ее культурно-цивилизационный код в угоду сиюминутной политической конъюнктуре.
Сегодняшняя ситуация в мире полностью подтверждает прозорливость двух великих ученых. Русский ученый Н.Я. Данилевский и американец С. Хантингтон в разное время, с разных позиций, но абсолютно верно определили суть современных международных отношений: столкновение цивилизаций неизбежно, если одна из них насильственно пытается изменить или уничтожить культурно-цивилизационный код другой. Задача мирового сообщества состоит в том, чтобы не допустить скатывания человечества в эпоху перманентного столкновения цивилизаций, кровавых распрей и глобальных войн.
Список источников и литературы
1. Данилевский Н.Я. Россия и Европа. Эпоха столкновения цивилизаций. – М.: Алгоритм, 2014.
2. Нартов Н.А., Нартов В.Н. Геополитика: учебник для студентов вузов. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2007.
3. Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. – М.: АСТ, 2014.
С.Н. Мизякина, к.ф.н., доц. кафедры философии и истории Белорусского государственного аграрного технического университета (г. Минск, Беларусь)