В России "много эмоций" в вопросах критики государства по коррупции, однако эмоциональная реакция не должна оставаться без реакции профессиональной, сказал министр юстиции РФ Александр Коновалов, выступая на шестой сессии конференции государств-участников конвенции ООН против коррупции в Санкт-Петербурге.

Министр уверен, что "государство не сможет собственными силами побороть коррупцию, если в обществе не будет общей нетерпимости к проявлениям взяточничества". "Любая политика государства, какой бы она ни была интенсивной, акцентированной, осмысленной в противодействии коррупции, все равно не сможет иметь окончательного результата, если не будет погружена в некую социальную ткань, имя которой в данном случае ненависть, нетерпимость к коррупции среди населения, - подчеркнул Коновалов. - Только тогда, наверное, мы сможем сказать, что у нас есть реальный шанс, перспективы если не окончательно побороть коррупцию, то хотя бы сильно минимизировать".

"У нас, к сожалению, сегодня много эмоций в вопросах критики государства по коррупции, с которой не борются", - сказал министр. "Эмоции, возмущение, крики "доколе" - это, конечно, часть культуры, в том числе и нашей, но крайне важно, чтобы эмоциональная реакция не оставалась без реакции профессиональной, юридической реакции", - добавил министр. По его мнению, "без профессиональной подготовки в этой сфере разговор об уровне коррупции лежит на уровне эмоций, а не принятия конкретных мер".

Глава Минюста подчеркнул, что "некоторые сегменты общества, в том числе аппарат бизнес-омбудсмена, должны быть гораздо более подготовлены (к борьбе с коррупцией - ТАСС). "Роль частного сектора, бизнес-омбудсмена - это выявление конкретных коррупционных схем", - сказал он, отметив, что "в первую очередь, нужно говорить о выявлении изощренных коррупционных схем, которые могут быть понятны только специалисту, глубоко погруженному в практику. Не секрет, что такими специалистами часто становятся сами бывшие рейдеры и коррупционеры".

В качестве примера он привел ситуацию со спецсигналами на автомобилях российских чиновников, вызвавших нетерпимость в обществе. "Это имело последствия, этих сигналов стало существенно меньше", - отметил он.