Постановления Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) не всегда выполняются буквально даже в европейских государствах. Об этом заявил журналистам глава комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству Андрей Клишас, комментируя одобренные палатой поправки в закон о Конституционном суде, которые позволяют федеральным органам власти РФ не выполнять решения ЕСПЧ, если они противоречат Основному закону страны.

"Следует отметить, что отступление от постановлений ЕСПЧ имеет место в практике европейских государств, хотя также в исключительных случаях и при наличии достаточно веских причин, которые, как правило, касаются не столько основного содержания прав человека, сколько их конкретизации посредством толкования", - сказал он.

По словам сенатора, наиболее показательной в этом плане является практика Федерального Конституционного суда ФРГ, который выработал позицию относительно "ограниченной правовой силы постановлений ЕСПЧ". Аналогичный подход использовал КС Италии, не согласившись с выводами ЕСПЧ относительно трансграничных пенсионных выплат. КС Австрии также пришел к выводу о невозможности применения конвенционных положений в истолковании ЕСПЧ, противоречащем нормам национального конституционного права. Подобным образом разрешил коллизию между позицией ЕСПЧ и нормами национального законодательства Верховный суд Великобритании в вопросе об избирательных прав заключенных.

Клишас подчеркнул, что во всех перечисленных случаях речь идет не о противоречии между Конвенцией о защите прав человека и основных свобод и национальными конституциями, а о "коллизии толкования" положений этих документов.

В среду Совет Федерации одобрил поправки в закон о Конституционном суде, которые позволяют федеральным органам власти РФ не выполнять решения ЕСПЧ, если они противоречат Конституции. Согласно документу, федеральные органы власти могут обращаться в КС РФ с запросом о возможности исполнения решения международного суда по защите прав и свобод человека. Если суд принимает постановление о невозможности исполнения решения межгосударственного органа в целом или частично, то никакие действия, направленные на исполнение его решения в России, осуществляться не будут.